Книга Форма сохранена, страница 55 – Ярослав Кирилишен

Она вдруг ясно осознала. Дело не в том, что в квартире что-то есть. А в том, что она не знает, что это такое. И не знает, как об этом думать.

— Здесь кто-то есть? — спросила она вслух, сама удивляясь спокойствию своего голоса.

Ответа не последовало. Но пространство словно стало внимательнее. Не враждебным, а настороженным.

Агата почувствовала, как внутри поднимается необходимость. Не желание, не тоска, а именно необходимость. Антон должен срочно вернуться. Не потому, что ей одиноко. А потому, что он всегда умел называть вещи. Давать форму тому, что пугает. Делать неизвестное обсуждаемым.

— Мне очень нужно, чтобы ты был здесь, — прошептала она в пустоту.

И только потом поняла, что говорит не с пространством.

Давление начало спадать. Медленно, неохотно. Комната снова стала обычной. Слишком обычной, почти нарочито. Звуки вернулись на свои места. Воздух стал легче. Агата опустилась на диван, чувствуя, как дрожат колени. Только теперь, когда всё отступило, она поняла, насколько была напряжена. Сердце билось громко, в ушах шумело.

Она провела ладонью по животу. Провела осторожно, почти извиняясь. Не как защитник. Как человек, который признает, что он не всё контролирует. Антон был нужен ей сейчас не как муж и не как опора, а скорее, как свидетель. Как тот, кто видел больше и мог сказать: «Да, это было» или «Нет, тебе показалось».

Она опять посмотрела на телефон. Сообщений не было. Но ожидание изменилось. Оно стало плотным, направленным. Агата подошла к окну и прижалась лбом к холодному стеклу. Внизу ехали машины, кто-то смеялся, кто-то курил у подъезда. Мир продолжал жить, не зная, что в одной квартире возник вопрос, на который пока нет слов.

— Возвращайся, — прошептала она. — Мне нужно, чтобы ты вернулся.

И в этой фразе впервые за всё время не было ни романтики, ни страха. Только ясность.

Телефон лежал на столе экраном вверх. Агата не брала его в руки. Ей казалось, что в этом случае это было бы слишком активно, слишком похоже на панику. Она просто находилась с ним в одном пространстве, как с чем-то живым, что может в любой момент подать знак.

Экран оставался темным.

Она поймала себя на том, что считает не минуты, а промежутки между мыслями. Пока каждая ее мысль заканчивалась одинаково. Если он напишет, то все снова станет реальным. Не безопасным, не понятным. Реальным. А пока сообщение не пришло, происходящее оставалось в подвешенном состоянии, как сон, из которого еще можно проснуться.

Агата села за стол и включила лампу. Слишком резкий свет будто вторгался в пространство, которое не хотело быть освещенным. Она выключила лампу и снова осталась в полумраке. Так правильнее. Это соответствовало внутреннему состоянию.

Телефон слегка вибрировал. Это не сообщение от него, а просто служебное обновление сети. Агата вздрогнула так резко, что сама удивилась. Сердце ударило в горло, ладони вспотели. Она выдохнула, почти рассмеявшись от собственной реакции, но смех не получился.

— Всё нормально, — произнесла она вслух. — Ты просто устала.

Фраза прозвучала убедительно, но не зацепилась. В ней не было веса. Она открыла мессенджер. Последнее сообщение от Антона было коротким, сухим: «Я снова вернулся в Париж. Добрался нормально. Напишу позже». Отправлено почти сутки назад. Агата перечитала его так, будто между строк могло появиться что-то новое.