Книга Чудо на войне. В окопах атеистов нет, страница 42 – Павел Астахов

Услышать ответы всегда лучше, чем пересказать их, потому публикую выдержки из своих бесед с протоиереем Святославом Чуркановым.

Павел Астахов:

— Боевой путь будущего священника, да еще и в спецназе – явление нечастое. Расскажите, как вы приняли решение пойти по «святой дорожке»?

Протоиерей Святослав Чурканов:

— Никогда не думал, что буду священником. Семья у меня военная. Дедушка – кадровый военный, бабушка – партизанка, разведчица, на Смоленщине воевала. Брат мой служил во внутренних войсках, а после армии пошел в органы. Со временем и я попал тоже во внутренние войска – с мыслью, что впоследствии пойду по стопам брата. Забирали в конвойные подразделения, а попал… Сейчас уже таких подразделений не существует. Они были созданы на фестиваль молодежи в середине пятидесятых годов прошлого века. Советское правительство, дабы не шокировать иностранцев, что военные кругом ходят, создало такие подразделения, которые ходили в обыкновенной милицейской форме, но это были военнослужащие. Они назывались «спецмоточасти милиции», отдельный мотострелковый батальон особого назначения. И я попал именно в такое подразделение.

Тогда уже начинались межнациональные конфликты, и эти подразделения подключили для выполнения оперативно-тактических задач в Закавказье и в республиках Средней Азии. Когда началась смута в Грузии, как раз состоялась моя первая командировка в Тбилиси, в апреле восемьдесят девятого года. Следующая командировка была в Баку в девяностом (январь), где тоже события страшные происходили.

И вот там был интересный случай у меня. Тогда повсюду местные жители угрожали русскоязычному населению. А там есть несколько храмов православных. И командование поставило задачу нашему взводу: эвакуировать священника с матушкой. Мы подъехали к храму, забрали батюшку, матушку, их вещи. И батюшка, когда прощался с нами, всем нам по иконочке раздал. А тогда иконочки были греческие, на греческом языке. Восемьдесят девятый год – мы и обычных-то икон не видели, а тут – греческие. Еще у батюшки были две Библии. Он взял, посмотрел так – и протянул их командиру и мне. Вот, мол, читайте вы и ребятам читайте.

Та Библия до сих пор у меня как такая святынька дома хранится. А икона, которую он мне дал, то была икона великомученика и Победоносца Георгия. И первый храм, в котором я служил, оказался именно великомученика и Победоносца Георгия. Вот первое чудо. Как я всегда говорю, у Бога все промыслительно.

Впоследствии, когда я вернулся из армии, у меня была прекрасная характеристика, и я решил поступать в учебное заведение МВД. Но Господь управил так, что я не прошел по зрению. И именно тогда я стал ходить постоянно в церковь. Такое напало на меня состояние. Я приходил в храм, ничего не понимал, однако у меня было блаженство души. Всегда, когда человек начинает воцерковляться, Господь ему эти дары как фейерверком раскрывает.

Я начал Библию читать, начал приобретать религиозные книжечки. А потом настоятель храма подошел ко мне и говорит: «Что ты стоишь здесь?» Я удивленно отвечаю: «Батюшка, а что?» Он: «Вот ты пришел помолиться, а что умеешь?» Я говорю: «Да я только из армии, сейчас как раз определяюсь». «А образование?» – «Десять классов, музыкальная школа». Он: «О, музыкальная школа! Пошел на клирос». И все – через два с половиной месяца стал священником. А дальше Господь вел так по жизни, что мне с первых лет служения все равно пришлось столкнуться с военнослужащими.