Книга Рейдер 2, страница 53 – Павел Астахов

Когда он принял душ, Полина уже встала.

— Все хотела тебя спросить, как твои успехи с «Сатурном»? – спросила она, причесываясь перед зеркалом.

— Дело еще не прекращено, но Соловьева должны сегодня освободить. Если этого не произойдет, придется действовать более жестко, – сказал Павлов, доставая из холодильника пирожные и ветчину.

— Я бы могла помочь тебе, – вдруг сказала Полина. – У меня масса знакомых редакторов газет и журналов, и с их помощью можно такого наваять, что мама не горюй. Незаконные схемы банковских операций. Мошенничество при получении кредитов. Продажные менты. Следователи, которые за взятки заводят уголовные дела…

— Уголовные дела не заводят, а возбуждают, – автоматически поправил ее Павлов, разливая кофе. «И ты меня возбуждаешь», – пронеслась у него шальная мысль, когда его взор упал на стройную ножку Полины.

— Хорошо, пусть возбуждают, – не стала спорить с ним девушка. – Не отказывайся, Павлов. Пресса – мощный рычаг, и многие власть имущие вынуждены с нами считаться.

Артем сделал осторожный глоток.

«А почему бы и нет?»

— Представители власти не очень жалуют вашего брата, – заметил он.

— Открыл Америку, – фыркнула Полина, надкусывая пирожное. – Ммм… вкусно. Ну, так как?

— Я подумаю, – сказал Павлов, все еще размышляя, стоит ли втягивать в это мутное дело Полину. – Но в любом случае я тронут твоей заботой.

Полина посмотрела на часы.

— Ой, я опаздываю! Павлов, все, бегу. Извини, допивать кофе не буду, хоть приготовил ты его отменно. – Она чмокнула Артема и умчалась переодеваться.

Как только Артем приехал в офис, он тут же позвонил Дрозду. Тот был не в настроении, поскольку голова все еще болела после вчерашнего коньяка, и коротко бросил, что Соловьев уже отпущен, мера пресечения изменена на подписку о невыезде.

— Это единственно правильное решение, Геннадий Яковлевич, – сказал Павлов, и следователь бросил трубку. – Но и останавливаться на подписке мы не намерены… Необходимо вообще прекратить уголовное преследование банкира. Но для этого нужно вплотную заняться кредитом, который затерян непонятно где и непонятно кем.

В кабинет заглянула секретарша:

— Артемий Андреевич, вам какой-то Зыкин с утра звонил, просил связаться.

Павлов встрепенулся. Валера, из Центробанка. Может, раскопал что?

— Спасибо, Ира.

Он только собрался набрать номер Зыкина, как дверь открылась шире, и, бесцеремонно оттеснив секретаршу в сторону, в кабинет ввалился… Блинков.

— Добрый день, Артемий Андреевич!

При виде его Павлову стоило неимоверных усилий сохранять внешнее спокойствие, хотя внутри его начал извергаться вулкан. Что это, случайное совпадение? Или предложение о сотрудничестве?

— Ириша, оставь нас одних, пожалуйста. И никого не впускай, – распорядился Павлов. – Что ж, присаживайтесь, Анатолий…?

— Федорович, – подсказал Блинков, располагаясь на стуле. Вид у него был вальяжный, как у домашнего кота, греющегося на солнышке после плотного обеда. – Красиво тут у вас. Хорошо обустроились.

— Вам повезло, что вы меня тут застали, я постоянно в разъездах, – сказал Павлов. – С чем пожаловали, Анатолий Федорович?

— Что, и чайку не предложите? – сощурился юрист.

Артем развел руки в стороны:

— Извините, дел полно, не до чая теперь. Может, вы еще покушать попросите? И переночевать заодно?