Книга Наследники, страница 108 – Павел Астахов

Пока связанные пленницы приходили в себя, отходя от шока, Алекс поручил Эдуарду закрыть занавесками все окна в доме.

— В ваших интересах не жадничать, – сообщил он, когда тот ушел. – Я своих слов на ветер не бросаю.

— Я же вам сказала, в доме пусто, – сказала Бэлла Альбертовна. – Вы можете пытать нас, но это ничего не изменит! Вы просто станете убийцами!

Алекс подошел к пожилой женщине вплотную, вглядываясь в ее осунувшееся лицо.

— Я слежу за прессой, бабуля, – медленно, с расстановкой произнес он. – И мы знаем, что вы судились с какими-то ушлыми дельцами, которые хотели вас подоить. Сначала им это удалось, но потом за вас впрягся один крутой адвокат, и теперь уже он их держит мертвой хваткой, верно?

Протасова вздохнула.

— Мне сложно понять вашу речь, но основной смысл ясен, – промолвила она. – Я могу только сказать, что суд еще не закончен.

Алекс перевел взор маслянистых глаз на притихшую Марину:

— Ну а ты? Подтверждаешь, что вы теперь богатенькие?

— Мама права, у нас ничего нет, – отозвалась Протасова-младшая. – Понимаете, суд только состоялся, решение еще не вступило в законную силу. Для того чтобы все имущество перешло в нашу собственность, потребуется некоторое время.

— Это просто формальность, – поддержала дочь Бэлла Альбертовна. – Но таковы требования закона.

Алекс хмыкнул.

— Думаете, я такой дурак? – осклабился он, показав желтые от никотина зубы. – Не прокатит, девочки.

В комнату вошел запыхавшийся Эд.

— Готово, – доложил он, избегая встречаться взглядом с родственницами. – Только на первом этаже окно разбито.

— Ну и ладно, – махнул рукой Алекс.

— Эдик! – позвала парня Бэлла Альбертовна, и тот бросил на нее затравленный взгляд.

— Эдик, я хочу, чтобы ты поговорил с нами, – тихо сказала старушка.

Алекс засмеялся.

— Ну, валяй, – разрешил он, подмигивая связанным женщинам. – Интересно, на какие темы вы собрались беседовать?

— Эдик, что вы делаете? – с болью в голосе спросила Протасова. – Ты понимаешь, чем это все закончится?

— Вполне, – процедил Эд, продолжая упорно смотреть куда-то в сторону.

— Мы ведь все тебе объяснили! Мы понимаем, у тебя тоже непростая ситуация, но… Разве то, что вы делаете, это выход?!

— Стоп! – вмешался Алекс, которому явно не понравился дальнейший ход разговора. – Давление на жалость и прочие родственные сопли я пресекаю.

По щекам Протасовой потекли слезы.

— Послушайте, молодые люди, – подала голос Марина. – В соседней комнате стоит комод, в верхнем ящике шкатулка. В ней хранятся наши фамильные драгоценности.

— Ого, а чего раньше не сказали? – оживился Алекс. Многозначительно кивнув Эдуарду, он заторопился из спальни.

— Эдик, посмотри на меня, – шепотом позвала Бэлла Альбертовна, и тот нехотя повернулся, исподлобья глядя на вдову.

— Он ведь безумен, этот твой приятель, разве ты не видишь? Он убьет нас всех!

Плотно сжав губы, Эд отвернулся, принявшись нервно ковырять заусенец на пальце.

Вскоре вернулся Алекс, неся в руках увесистую шкатулку из малахита.

— Поглядим, что тут у нас… – пробормотал он, бесцеремонно вываливая ее содержимое прямо на постель. Эдуард невольно повернул голову, рассматривая рассыпавшиеся драгоценности.

— Я, конечно, не эксперт, – заговорил Алекс, бегло осмотрев ювелирные украшения. – Но мне кажется, что эта куча максимум штук тридцать – сорок стоит. Нам с Эдом на курево едва хватит.