Книга Наследники, страница 101 – Павел Астахов

Ну ничего. Успокаивало то, что жить адвокату оставалось считаные дни. Павлов должен быть ликвидирован в самое ближайшее время, и Есения надеялась, что после его устранения ситуация начнет кардинально меняться в ее пользу.

После обеда она позвонила Генриху. У брата прогрессировала опухоль, в связи с чем он снова лег в больницу, и разговора как такового не получилось.

Уже вечером ей неожиданно позвонили с незнакомого номера.

— Вот уж от кого не ожидала звонка, – усмехнулась Есения, услышав голос Лидии Коржиной. – Разве помещенным под домашний арест разрешено пользоваться телефонами?

— Конечно, нельзя. Но иногда приходится прибегать к маленьким хитростям, – призналась аферистка.

— У вас какое-то дело ко мне? У меня мало времени, – без особых церемоний произнесла Есения.

— У нас серьезные проблемы. Я о моем муже.

— Отвечу вам философски – у кого нет проблем? Даже у медузы они есть. Не забывайте, что именно из-за вас у меня возник конфликт с покупателем товара.

— Вы сами постоянно нас торопили! – возмутилась Коржина. – Мы вам объясняли, что ситуация должна улечься, но вы настаивали! Руслан и так сильно рисковал! Он, будучи под следствием, решился лететь во Францию!

— Что ж, значит, неудачно рисковал, – холодно ответила Есения. – И не забывайте о нашем взаимодействии. Все, что вы имеете, вы имеете благодаря моим связям.

В трубке послышался истеричный смешок.

— Как раз у нас-то все отобрали! Следователи копают день и ночь, выискивая нашу недвижимость и счета! А Руслана вообще скоро посадят в камеру! У меня есть сведения, что ему хотят изменить меру пресечения! Моего мужа обвиняют еще по одной статье, за хищение предметов старины, и тогда его отправят в СИЗО!

Есения слегка отстранила телефон от уха, прикрыв веки. Пронзительно-визжащий голос помощницы вызывал ассоциацию с неумолкающей соседской дрелью за стеной, и она с трудом удерживалась, чтобы не послать настойчивую особу по известному адресу.

Вместо этого она устало спросила:

— Лидия, что вы от меня хотите? Чтобы я позвонила следователю и сказала, мол, не надо новой статьи, Руслан хороший?

— Не нужно иронизировать! – вспыхнула Коржина. – Ваш юмор неуместен! У вас большое влияние, Есения! Пожалуйста, придумайте что-нибудь, вы же помогли разобраться с Роговым!

Лицо Есении окаменело.

— По-моему, для телефонного разговора вы выбрали неподходящую тему.

— И все же… У меня такое ощущение, что вам было бы намного проще, если бы нас вообще не было!

«Здесь ты совершенно права, милочка, – с неожиданной злостью подумала Есения. – Попала в яблочко!»

Дребезжащий голос собеседницы уже не просто раздражал, он вызывал у нее слепое бешенство.

— Я не хочу ничего обещать, – внезапно спокойно проговорила Лидия. – Но у мужа больное сердце. Его арест будет равносилен убийству, понимаете? Он не выживет в камере! И если вы ничего не сделаете, чтобы его, точнее, нас, спасти, нам ничего не остается, как пойти на крайние меры.

Есении показалось, что она ослышалась. Еще никто из подчиненных не осмеливался даже намекать ей на подобное.

— Крайние меры? – тихо переспросила она. – Что вы имеете в виду, Лидия? Прошу подробнее.

— Я вам не угрожаю. Но и вы поймите нас. Мы не хотим в тюрьму. И если уж нас посадят…

Есения закончила вместо нее, вкрадчиво промурлыкав: