Книга Зигзаг у дачи, страница 102 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

За Сизовых, несомненно, можно теперь не переживать, но вот что теперь делать с проектом? Все подготовительные работы были завершены. Разработанная техническая документация лежала перед Мироновым на столе. Дело оставалось за «малым» – землей и инвестициями в начало строительства. Конечно, собственные средства у Миронова имелись, но их могло хватить только на одно. Либо на землю в тех же Красных Холмах, либо на строительство.

Миронов тщательно взвешивал все «за» и «против», чтобы принять решение. Купить землю и пусть стоит до лучших времен? В том, что земля в Подмосковье, да еще находящаяся в границах населенного пункта, а значит, разрешенная к застройке, не подешевеет, было понятно. Даже если пару лет ничего не предпринимать, выгода очевидна, а за это время можно попробовать начать все сначала и найти либо поддержку у власти, либо инвестора.

А может, это знак Вселенной? И не стоит ввязываться в начинание, которое может и не выгореть? Идти своей проторенной дорогой, заниматься косметологией и пластической хирургией? Расширить сеть еще в каком-нибудь крупном городе? Это было привычно, а потому скучно до оскомины. Новый проект, его «Поселок Будущего» будоражил сознание, заставляя просыпаться ночью.

И тут, как подарок судьбы, поступил звонок от Натки, которая озвучила предложение Сизовых. К концу августа Виталий Миронов стал полноправным и законным владельцем девяти гектаров в деревне Красные Холмы. Стоимость земли в этих краях доходила до полумиллиона рублей за сотку, но Сизовы продали ее Миронову по сто пятьдесят тысяч, так что за все девять гектаров он выложил сто тридцать пять миллионов.

Единственным «обременением» сделки со стороны продавцов стало обязательство Виталия помочь Натке и Косте построить домик на участке земли, который подарили им щедрые старики, дать материалы на пристройку к храму Рождества Пресвятой Богородицы, а также назвать свой будущий коттеджный городок не «Поселком Будущего», а «Рождествено».

— Название деревне вернуть сложно, – пояснила Татьяна Ивановна. – Да и привыкли все местные к тому, что мы живем в Красных Холмах. Но имя Рождествено моим предкам было дорого, много сил они в это место вложили, так что пусть хотя бы проект ваш, Виталий Александрович, так называется.

С учетом того, что на земле он сэкономил практически полмиллиарда, на такое «обременение» Миронов, разумеется, согласился без промедления.

На сэкономленные деньги можно начинать строительство, так что Виталий дневал и ночевал на работе. Елена, к счастью, к этому относилась спокойно, хотя и искренне интересовалась ходом работ. Она признавалась, что крайне волновалась, когда Миронов связался с Кадикаевым, но теперь не видела в проекте ничего тревожного. Обычные бизнес-риски, с которыми ее муж прекрасно мог справиться.

Разворачивающиеся на ее глазах отношения Сашки с Тимофеем Барышевым тоже перестали быть поводом для тревог. Сашка познакомилась с родителями Тимофея, в том числе с «великим и ужасным» Барышевым-старшим, который оказался обычным, приятным в общении мужиком, с немного уставшими глазами, но веселым и заводным.

Попав при первом же визите в их загородный дом на день рождения бабушки Полины Савельевны, Сашка вначале чувствовала себя не в своей тарелке и даже жалела, что вообще согласилась остаться. Ну что за склонность к авантюрам? Однако и мама при более детальном рассмотрении вовсе не походила на Снежную королеву, и бабушка оказалась не страшной, а папа – и вовсе отличным. Так что Сашка быстро расслабилась, много разговаривала и хохотала, еду нашла вкусной, обстановку непринужденной, а Тима и вовсе душкой.