Книга Чужая земля, страница 22 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

— Ясно, – кивнула Сашка. – Я, конечно, посвободнее буду. Но тоже работаю. Веду свой блог, на котором неплохо зарабатываю.

— Блог? Так ты блогерша, значит? – Антон развеселился. – Никогда не понимал, что это такое и почему люди тратят свое время на то, чтобы потреблять этот контент. Ты извини, – спохватился он, – я не хотел тебя обидеть.

— И все-таки обидел, – сухо проговорила Александра. – Если ты не разбираешься в какой-то сфере жизни и даже если она кажется тебе глупой и странной, необязательно выкладывать свое мнение человеку, для которого это часть жизни. Вполне возможно, что ты просто не владеешь всей необходимой информацией. Ладно. Я приехала. Спасибо, что помог. До свиданья.

Поезд остановился на нужной Сашке станции. Она вскочила и направилась к выходу. Антон рванул за ней.

— Саша, погоди.

— Не надо, – твердо сказала она, вышла из вагона и скорее ощутила, чем услышала, как двери закрылись за ее спиной, а поезд снова начал набирать ход.

Новое знакомство. Молодой человек старше ее. Высокий и привлекательный, с русыми волосами. И сфера его будущей работы связана с людьми. Он же врач. Неужто карты Таро помогли?! Или просто Вселенная подкинула одно из удивительных совпадений, на которые она щедра. Вот только смысла в этом нет никакого. Ни в картах, ни в совпадениях, ни в мимолетном знакомстве.

Она запретила Антону следовать за ней, и он послушался, даже не попытавшись ее догнать. И телефон не попросил. Так что предсказанное знакомство оказалось кратковременным и безрезультатным. Ну и ладно. Не больно-то и хотелось. Сашка побрела к эскалатору, чувствуя, как на глаза отчего-то наворачиваются слезы.

* * *

— Леночка, прости, что я без предупреждения, но я решила, что вечером тебе просто больше негде быть. Только дома. Пустишь?

Тамара Тимофеевна Плевакина улыбалась мне через порог самой обезоруживающей улыбкой. Я опять вспомнила, как еще совсем недавно подозревала ее саму и ее мужа, моего уважаемого начальника Анатолия Эммануиловича Плевакина, в сговоре с преступниками, занимающимися торговлей детьми, и в который уже раз вздрогнула от мучительного стыда. Все-таки беременность и связанный с ней гормональный шторм здорово влияют на мозг ^[3].

— Здравствуйте, Тамара Тимофеевна, – пробормотала я. – Заходите, пожалуйста, я очень рада вас видеть.

— А так по тебе и не скажешь, – заметила Плевакина, от острого глаза которой ничего нельзя было скрыть. – Лена, ты расстроена. Что-то случилось?

— Миронов должен был зайти, но отчего-то не пришел, – честно призналась я. – И телефон у него выключен.

— А ты уже с нетерпением ждешь его визита, – констатировала гостья, снимая уличные туфли и лукаво улыбаясь. – Какой прогресс. Совсем недавно ты даже слышать о нем не хотела. Леночка, неужели ты взрослеешь и мудреешь?

— Мне кажется, я уже настолько взрослая, что это даже немного неприлично. Особенно для матери двухмесячного младенца. Тамара Тимофеевна, вы представляете, Мишке послезавтра уже два месяца. Так время летит. А что делать с работой, я так и не придумала.

— Сколько больничного осталось?

— Две недели. Я, конечно, попросила девочек в суде поднять документы и выяснить, сколько у меня еще от отпуска осталось. Оказалось, что сорок девять календарных дней. Так что пока я отпуск по уходу за ребенком оформлять все-таки не буду. Формально выйду с больничного на работу и тут же уйду в отпуск. Если, конечно, Анатолий Эммануилович мне его подпишет. Но в целом это проблему не решит, просто даст еще два месяца отсрочки.