Книга Чужая земля, страница 103 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

— По-моему, он согласился бы на что угодно, лишь бы быть наконец вместе с тобой, – вздохнула Сашка. – И это его качество неоценимо. Когда переезжаешь?

— В конце мая, – улыбнулась мама. – Он заканчивает приспосабливать одну из комнат Мишке под детскую. Думаю, что там минимум одна стена будет заставлена игрушками от пола до потолка. Ты же знаешь его гигантоманию. А я как раз к этому времени определюсь с няней, чтобы оставлять ее с Мишкой уже в новой квартире. И с первого июня выйду на работу. У меня отпуск этой датой заканчивается.

Вот тут-то Сашке и пришла в голову прекрасная мысль. А что, если предложить Антону переехать к ней? Жить вместе в ее двухкомнатной квартире. Конечно, от нее добираться до университета дольше, чем от общаги, но ненамного. И не надо бы было выделять время урывками, чтобы побыть вместе. Он мог бы просто каждый день возвращаться вечерами к ней, домой, а Сашка ждала бы его и даже ужин готовила каждый день, как когда-то для Фомы. А если лень или некогда, то всегда можно заказать пиццу.

Она не стала делиться своей идеей с мамой сразу, потому что не знала, как отнесется к ней Антон. Хотя как еще можно отнестись к такой прекрасной со всех точке зрения идее? Да и осенило Сашку тогда, когда мама уехала на квартиру Миронова, чтобы срочно решить что-то, связанное с ремонтом детской. Виталий Александрович наотрез отказывался принимать решение сам и затребовал маму к себе.

Сашка же согласилась остаться дома и присмотреть за Мишкой. Внутренне она улыбалась, потому что искренне считала, что ремонт – это только предлог заманить маму в свою квартиру и побыть хотя бы на пару часов наедине. Мама покормила Мишку и уехала, на всякий случай оставив Сашке готовую смесь для следующего кормления, которое будет через четыре, а то и пять часов.

Сытый и довольный младший брат весело гулил в своем манеже, разглядывая яркие игрушки. Он рос спокойным мальчиком и хлопот не создавал. Всех и дел – периодически разговаривать с ним, менять режим у электронной игрушки, подвешенной над манежем, взять на ручки, если соскучится и заплачет, в случае необходимости поменять подгузник и через час после маминого ухода уложить в кроватку на первый дневной сон. А когда проснется, снова переодеть, покормить и положить в манеж.

— Но я к этому времени уже приду, – пообещала мама.

— Мам, может, вы с Виталием Александровичем завершите необходимые дела, а потом сходите в ресторан? – предложила Сашка. – Вы же сто лет там не были, а я справлюсь, ты не переживай. У меня день совершенно свободен.

— Не выдумывай, какой ресторан? – немного ненатурально возмутилась мама. – Еще не хватало бросать на тебя Мишку дольше необходимого. Это нечестно.

— Да ты вообще меня не напрягаешь. Мне нетрудно. И вообще он чудесный малыш. В общем, проведи день с удовольствием, а я тебя подстрахую.

— Спасибо, – искренне поблагодарила мама, и Сашка надеялась, что она воспользуется щедрым предложением.

Она успела поиграть с младшим братом, вымыть под краном в ванной упругую детскую попу, просушить полотенцем, щедро намазать кремом розовые складочки и уложить ребенка в кроватку, где тот мгновенно заснул, как раздался звонок в дверь. И кого это нелегкая принесла? Сашка совершенно никого не ждала. Первые майские деньки выдались довольно прохладными, но большинство ее подруг и знакомых все равно разъехались из города, кто на дачи, кто домой, к родителям. В деревню уехали и Натка с Костей и детьми.