Книга Королева блогосферы, страница 70 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

Кира закусила губу, чтобы не заплакать. Врач успел сказать ей, что новая беременность станет большой проблемой. Но думать об этом сейчас она не могла. Боль потери и так была невыносимой.

— Непряхин? – спросила она. – Где он?

— В СИЗО. Возбуждено уголовное дело.

В глазах Киры отразился ужас.

— Дэн, я не хочу давать показания. Ты понимаешь, что будет, если в интернет просочится, что Кира Плиновская стала жертвой изнасилования?

Дэн ласково посмотрел на нее:

— Кира, ты что? Какое изнасилование? Не было ничего подобного. Был разбой с проникновением в квартиру и нанесение тяжких телесных повреждений, повлекшее вред здоровью. Присядет этот подонок на срок от восьми до пятнадцати. А мой отец за этим проследит. Заявление подпишешь, и все. Остальное юристы сделают. И никуда эта информация не выйдет, я тебе обещаю.

Разумеется, в этот день они не улетели в Москву. В больнице пришлось пролежать три дня, и накануне отъезда в дорогую платную палату к Кире прорвалась Мила. Она так постарела и подурнела, что Кира ее еле узнала. Лицо у Милы было опухшим, словно она беспробудно плакала.

— Забери заявление! – с порога выкрикнула она. – Кира, как человека тебя прошу, забери. Не ломай ты ему жизнь.

— Кому? Николаю? – спросила Кира. – Что значит «не ломать жизнь»? Он убил моего ребенка. Я это что, по-твоему, простить должна?

— А ты прости, – жарко зашептала Мила. – Он же тебя простил. Ты ему всю жизнь испортила. Он же как влюбился в тебя, девчонку сопливую, так всю жизнь никого, кроме тебя, не видел. Уж я его как люблю, как люблю, а он сквозь меня все это время смотрит. Вот семь лет со мной и семь лет сквозь меня. Для него ты одна существуешь. Он же отовсюду твои фотографии скачивает. Как околдовала ты его. Кира, ну и так он всю жизнь мучается. Так неужели ему за тебя еще и в тюрьму. Ведь срок дадут. Большой срок. Кира!

— За все в этой жизни нужно отвечать, – резко ответила Плиновская. – Я его к себе в гости не приглашала. Авансов не раздавала. Я вообще про него не вспоминала все это время. А он на меня напал. И детей у меня из-за него может не быть. А ты просишь, чтобы я его простила?

— А ты никогда не прощаешь, да? – Заплывшие глаза Милы сузились еще больше, превратившись в щелочки. – Ты меня из бизнеса выкинула только за то, что я осмелилась свое мнение иметь. Все разрушила. И его любовь растоптала. А теперь добить хочешь. Он же места себе не находит из-за того, что с тобой сделал. Он же руки на себя в тюрьме наложит. Ты этого хочешь?

— Ничего я не хочу, – ответила Кира равнодушно. – Ни от него, ни от тебя. Ты уходи, Мила. Не надо было тебе приходить.

* * *

Вот уже неделю все свободное от основной работы время я разбиралась в той шумихе, которая поднялась вокруг охоты на инфоцыган. Чтобы не привлекать внимание и не навредить Саньке, информацию приходилось собирать негласно, пользуясь интернетом, в котором, как всегда, попадалось слишком много мусора. Из-за того, что зерна приходилось отделять от плевел, дело продвигалось медленно.

То, что блогеры, собирающие миллионы подписчиков в соцсетях, воздействуют на их умы, а потому могут быть проводником любой информации, стало ясно уже давно. Именно поэтому впервые урегулировать работу инфлюенсеров, то есть людей, влияющих на общественное мнение через интернет, государство попыталось еще в 2014 году.