Книга Пленница, страница 79 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

— Зачем? — не поняла судья Магути.

— Для соблюдения процессуальных норм, ваша честь. В вашем декрете за № 254/841 говорится о том, что все подсудимые, а также по ходатайству их защита, имеют право получить на руки письменные материалы дела, чтобы ознакомиться с ними под подпись. Так как мы уведомили о происходящем российского консула в Эритрее, который должен ознакомиться с положением дел, вы же не хотите, чтобы у российской стороны были основания обвинить вас, ваша честь, в нарушении процессуальных норм, на основании чего можно будет оспорить приговор в Международном суде.

Лена своими руками сдавала этой проклятущей Нандо-Ландо все козыри, с которых можно пойти. Зачем она раскрывает карты, с помощью которых можно было опротестовать приговор, если он будет не такой, как им всем надо? Натка совершенно этого не понимала и по напряженным лицам остальных товарищей по несчастью видела, что они думают о том же самом.

Конечно, Лена же судья, а не адвокат. Для нее важно установление истины и соблюдение всех крючкотворных нормативов, которыми так славится юриспруденция, а вовсе не защита человека и отмазывание подсудимого. И как только Натка сразу об этом не подумала. Уж кто-кто, а она свою правильную и дотошную старшую сестрицу знает, как никто другой.

— Рассмотрение апелляции Международным судом может занять несколько лет, — с подозрением в голосе сообщила судья Магути. — Не думаю, что вы этого не знаете.

— Знаю, — безмятежно сообщила судья, то есть адвокат Кузнецова, — но для установления истины времени не жалко, а репутация молодой Республике Манзания понадобится и в будущем. Так что лучше соблюсти все нормы закона, чтобы быть уверенной, что дело устоит, а честь Республики не будет поругана.

Честь республики ей жалко! Натка была просто вне себя. Впрочем, судя по лицу судьи Магути, та тоже.

— Хорошо, вы можете ознакомиться с материалами дела. На это время я отложу судебное заседание. Часа вам хватит?

— При наличии профессионального переводчика, разумеется. Как гласит декрет Республики Манзания № 254/342, суд обязан предоставить подсудимым и их защите переводчика с государственного языка, имеющего лицензию на работу в судебном процессе.

Судья Магути выглядела слегка озадаченной.

— В суде нет переводчика с суахили на русский, — наконец сказала она. — Но я, как вы видите, владею русским языком, так же как и моя помощница Сильвия Орчанга. Любая из нас, по вашему выбору, переведет вам содержание материалов дела.

— При всем уважении к вам, ваша честь, и к госпоже Орчанга, сторона защиты настаивает на том, чтобы перевод был осуществлен лицензированным переводчиком, в соответствии с требованием республиканского законодательства.

Судья Магути пожевала тонкими губами. Вид у нее был недовольный.

— К завтрашнему дню госпожа Орчанга получит необходимую лицензию, — сказала она. — У нас в стране эти дела решаются быстро, наше революционное правительство не отягощено излишней бюрократией, процессы принятия решений у нас идут быстро.

— Прекрасно, — невозмутимо сказала Лена. — Если лицензия будет оформлена завтра, то мы сможем ознакомиться с делом.

— Тогда я перенесу заседание на завтра, на вторую половину дня, — заявила Нандо-Ландо.

Натка чуть не заплакала. Она так ждала сегодняшнего дня, а теперь получается, им всем придется провести за решеткой лишние сутки? Из-за того, что Лена уперлась в какие-то дурацкие юридические нормы?