Книга Забытое дело Калевалы, страница 31 – Анна Князева

— Информация из служебной записки Кеттунена должна быть в журнале?

— Несомненно.

Стерхова посмотрела на стопку документов.

— Возможно, поэтому журнала здесь нет.

Мелентьев нахмурился.

— Но ведь записка сохранилась?

— А схема – нет. – Стерхова развернула на столе квартальную карту кордона «Черные камни». – Смотрите, что я нашла.

Мелентьев взял свой стул и подсел к ней ближе, чем обычно. Стерхова заметила это движение – вовлеченность сменила дистанцию.

Она повела по карте указательным пальцем.

— Лесной массив расчерчен на условные квадраты. Кварталы пронумерованы и разбиты на выделы. Границы пролегают по болотам, лесным дорогам и скальным грядам.

— Известное дело, – сказал Матти.

— Усадьба участкового Лайтинена, теперь «Сампо Ранта», находится в том же квартале лесфонда, что и дом Кеттуненов.

Стерхова взяла карандаш и начала чертить, соединяя точки.

— Таким образом, мы имеем неправильный треугольник. Верхний угол – дом Кеттуненов. – Карандаш сместился ниже и левее. – Здесь – база отдыха «Сампо Ранта». – Она провела линию вправо. – А тут автобусная остановка в Вуори, где свидетельница видела проезжавшие автомобили.

Мелентьев смотрел на карту. Анна видела, как его глаза движутся по линиям, фиксируют расстояния, сопоставляют.

— Что нам это дает?

— Дверь, которую видел Кеттунен, находится в пределах этого треугольника. – Она чуть помедлила. – Возможно, в непосредственной близости от воды.

В кабинете повисла пауза.

Мелентьев откинулся на спинку. Взгляд потускнел.

— Далась вам эта дверь.

Стерхова подняла голову и посмотрела на него.

— Она – единственная ниточка.

Мелентьев потер переносицу.

— Если дверь существует, ее должны были найти.

Анна достала из папки машинописный лист и положила перед ним.

— Распоряжение об объединении кордонов, по которому кордон «Черные камни» как таковой ликвидируется.

Он пробежал глазами по тексту.

— Документ составлен за неделю до исчезновения Кеттуненов. – Продолжила Стерхова. – Дата регистрации – через два дня после их исчезновения.

Мелентьев поднял голову.

— Такого не может быть.

Она достала еще один лист. Положила сверху.

— К распоряжению прилагается Акт. В нем указывается, что при обследовании территории кордона «Черные камни» капитальные или временные строения отсутствуют и следов проживания граждан не обнаружено.

Мелентьев безмолвно смотрел на нее. Потом перевел взгляд на документ. Взял Акт. Пальцы сжали его сильнее, чем нужно. Долго читал. Потом тихо произнес:

— Кто-то заранее знал, что дом Кеттуненов сгорит…

— Документы прошли согласование с исполкомом. – Стерхова выдержала паузу. – Решение принимали выше.

Мелентьев поднял глаза. Посмотрел в темное окно, за которым ничего не было видно.

Тишина затянулась.

Потом он сказал:

— Я понял.

Пауза.

— Так они легализовали зачистку. – Он медленно положил Акт на стол. – Стерли кордон полностью.

Стерхова посмотрела на карту.

Треугольник, который она начертила, упирался в серые воды Ладоги.

Где-то там была дверь.

Стерхова поднималась по лестнице на второй этаж, когда в сумке зазвонил телефон. Она остановилась на площадке между пролетами – ровно посередине, и достала трубку.

— Слушаю, Юрий Алексеевич.

— Где ты? Уже на работе?

— Я в Сортавале. Поднимаюсь в свой кабинет.