Книга 15 жизней Этейн 2, страница 23 – Ираида Мельникова

Какой уж тут сон!

А вопросы, на которые мне никто так и не дал ответов?

Что, например, будет помнить о прошлой ночи моя мать?

Она же приказала мне находиться в тёмном подземелье, в комнате с решёткой вместо двери. Строго настрого наказала мне стоять голыми коленками на горохе, замаливая свои грехи. А я сейчас, между прочим, нахожусь в своей уютной спальне, в тёпленькой постельке. Ну и как она воспримет моё самостоятельное освобождение из каземата? Да ещё без её приказа и на то позволения?

Что, интересно, будет помнить её любовник? Он ведь надумал этой ночью меня снасильничать, и, наверняка, вспомнит об обстоятельствах моего освобождения. Поймёт, что мне кто-то помог от него спастись. Он же все видел, только не слышал звуков, не понимал, что происходит. И что там в его голове в этот момент варилось, неизвестно. Но он ведь не дурак.

Хотя, думаю, насильник и сам мечтал бы, чтобы его поступок остался тайной. Представляю, сколько вопросов задаст ему моя мать, выясняя, с какой целью её любвеобильный мужик приходил ночью к её дочери в подземелье.

Что вспомнит мой старенький наставник, когда поймёт, что плохо выполнял свои обязанности, заснул и прошляпил присмотр за своей подопечной? Представляю, если бы козлина меня насиловал, а он спокойненько храпел в это время, уютно примостившись на своей скамеечке.

Этот тоже будет рад, что все забыли о прошедшей ночи и не станут задавать ему вопросов. Представляю, как он перепугался, когда проснулся, а меня в камере нет. Только лишь посторонний мужик в неможухе вместо меня на полу валяется. Точно, наверное, в штаны наделал от страха , понял, что не сносить ему головы, когда все узнается..

Вот и понятно, почему мытарилась я всю ночь, не спала, вытаращив глазюки, и думала-гадала о том, что же утром меня ждёт.

И вот оно наступило, утречко раннее.

Я забылась чуток, как светать начало, подкимарила немного и очнулась от грохота шагов в коридоре.

Шумно распахнулась дверь, и в мою комнату влетела мать, запричитала да закудахтала:

— Ох, доченька! Ну как же так? Лекари сказывали, что ты заболела. Ещё с ночи. А сами меня не разбудили, поганцы этакие. Как с утра мне доложили о твоей болезни, так я отругала их, что сразу меня не добудились и не сообщили, в известность не поставили. А я ведь мать тебе. В первую очередь должна узнавать о здоровье чадушек своих.

Уселась у меня в изголовье, ладонь ко лбу прислонила, сидит, головой качает, смотрит на меня так горестно, печально. Я даже поверила, что она искренне расстроилась, и жаль ей меня стало.

— Как ты себя чувствуешь, доченька?

Только собиралась сказать, что нормально себя чувствую, как вдруг понимаю, что язык не шевелится, и только хрипы из горла вместо слов еле-еле выдавливаю.

О-о-о, вот это ничего себе!? Вот это цирк ангелы устроили. Никто не заметит, что все подстроено исключительно для надувательства и обмана всех окружающих меня людей, с кем я вчера соприкасалась по жизни.

Значит, для всех вокруг обитателей нашего дворца создали параллельную реальность.

Что ж…неплохо. Мать мою превратили в чуткую и внимательную к своей дочери, то есть ко мне. С какого-то перепуга она вдруг начала переживать за мое здоровье. А то ведь пофиг ей на меня было. Чуть не прибила чадо свое, когда ейный альфонс на меня вылупился и замуж с тройничком предложил.