Онлайн книга «15 жизней Этейн 1»
|
Дрожащими руками евнух положил перед Императором серебряный поднос с одной единственной дощечкой с именем главной жены Ван. Он еле успел уклониться от тяжёлого подноса с острыми краями, стремительно летящего прямиком ему в голову. Велик был гнев Императора: — Хочешь, я прикажу отрубить твою глупую голову? В ужасе, пятясь задней точкой к выходу, Тайцзянь поспешил ретироваться, выскочив из покоев повелителя так стремительно, что только пятки засверкали. С тех самых пор под страхом смертной казни старший дворцовый евнух не осмеливался приносить в покои Императора дощечки с именами наложниц. В покоях Господина царила лишь одна женщина. По крайней мере, пока... Поэтому не удивительно, что старшая жена Ван негодовала и была вне себя от злости: «Мало того, что я так и не смогла забеременеть и родить Императору наследника, так теперь эта наглая фаворитка практически поселилась в спальне государя, родила ему дочь, и (не дай свершиться, Властитель Неба!) принесёт ещё и сына! Грядёт чёрный день, когда меня вышвырнут в Холодный дворец, где доживают свою жизнь никому ненужные вековухи. Только лишь в насмешку те комнаты -развалюхи практически без мебели и элементарных удобств называют «Дворцом Великого Великолепия», намекая всем вокруг о печальной судьбе затворниц, когда-то любимых государем и блистающих при дворе. Разве я о таком мечтала? Разве достойна эта ничтожная У Цзэтянь места старшей жены господина вместо меня? Я не допущу этого! Вывернусь наизнанку, но сделаю так, чтобы она корчилась от боли, будто снова её заживо закопали в глубокую яму, сырую могилу, как тогда, после смерти старого Императора». * * * Верная служанка Сяо с грустью смотрела на маленькую принцессу. Хорошенькая, словно фарфоровая куколка, невинная малышка сладко посапывала и мирно улыбалась во сне. Рядом с кроваткой храпела нянька. Во время ужина той принесли кувшин с водой, и она, мучимая жаждой, выхлебала всю её без остатка. В воду ту по приказу госпожи Ван Сяо добавила сон-траву, от чего и спала пестунья беспробудно, позабыв об обязанностях и наставлениях молодой мамочки, отлучившейся на ночь в покои повелителя. «Время не ждёт. Госпожа не простит, если не исполню её приказ. А как сделаю все, так, может быть, пронесёт и никто не узнает. Зато наглая фаворитка загнётся от горя. И все будет как раньше, по-старому. Мир, согласие, спокойствие с соблюдением вековых традиций. Так сказала госпожа Ван». Сяо выбрала подушку, коих в детской колыбельке было множество, положила на личико младенца, перекрыв поступление воздуха через носик и ротик, дождалась, пока прекратится закатистый детский плач, затем всхлипы, конвульсии маленького тельца, а в конце - слабенький хрип,- последние попытки малышки остаться в живых. Девочка не имела возможности бороться, являясь по сути ангелочком, явившимся на этот свет для жизни, счастья и любви. Но взрослые распорядились по своему, грубо прервав её жизненный путь в самом начале. Императрица Ван ликовала. Все это время она находилась рядом, не доверяя никому, в том числе сомневающейся служанке Сяо, и своими глазами удостоверилась в том, что приказ её исполнен. Любуясь на мёртвое личико ненавистного ребёнка, она пребывала на седьмом небе от счастья, мечтая полюбоваться на сломленную горем фаворитку У Цзэтянь. Теперь скорбящей матери ни до чего: ни до любовных игр с Императором, ни до самого государя. Материнское сердце будет разбито на тысячу мелких осколков. В конце концов Императору надоест смотреть на угрюмую, вечно плачущую женщину, и он благополучно заменит её на другую, счастливую и улыбающуюся. |