Книга Призрак в доме или Сказка для упыря, страница 30 – Марьяша Ришелье

— А сам-то? Сам-то тоже вздрогнул! Я видела! — недовольно зафырчала, тыкнув мне в грудь пальцем.

Хохотнул приподнимая руки, показывая что сдаюсь. Продолжая возмущаться, она подскочила с лавки, уперев руки в бока.

— И вовсе я не испугалась! Это ты трус! А я могу и вокруг дома пройтись и назад вернуться, и ничего то не испугаюсь!

Рассмеялся с того, как по детски прозвучали эти возмущения, она же видно приняв смех на свой счет, зафырчав бросилась к вешалке и схватив шубку выбежала наружу. Вот мимо окна быстро пробежался её силуэт и звуки шагов стихли.

Прислушиваясь к тишине, подошел к выходу, ожидая, когда она выпрыгнет с каким-нибудь дурацким криком. Но этого не происходило и вздохнув одев пальто вышел на крыльцо.

— Возвращайся, Ян. Замерзнешь, заболеешь, а зачем мне ассистентка с сопливым носом? — спросил в темноту.

Ответа не последовало и вздохнув пошел вокруг дома, готовясь в любой момент получить горсть снега за шиворот. Но вот снова крыльцо, а её всё нет.

— Заканчивай Ян. Уже не смешно, — вновь позвал в темноту, напряженно ожидая ответа.

Слова так и повисли в морозной тишине. Тревога начала потихоньку закрадываться в душу.

Уши надеру, только покажись. Вновь быстрым шагом обойдя вокруг дома ничего не нашел. Как сквозь землю провалилась. В очередной раз позвав в темноту, вернулся в дом и разбудив старушку рассказал ей о слишком затянувшейся шутке.

— Я её искать пойду, а вы тут ждите. Если объявиться, то… — не додумал что сказать и, махнув рукой, взял фонарь и вышел прочь.

Когда через час стало ясно, что своими силами не справиться, то разбудили деревенских мужиков и послали в город. Всю ночь и следующий день прочесывали лес и округу. Ничего. Ни единого следа.

Три дня поисков без сна и отдыха. В один момент просто потерял сознание в лесу. Очнувшись в доме у старухи узнал, что пробыл без сознания почти неделю. Что городской лекарь записал меня в покойники и выздоровления не обещал. Однако я выздоровел.

Всё ещё на что-то надеясь, уходил каждый день в лес, искал. Сам не знал что хочу найти и хочу ли. Наисия Федотовна вздыхала вслед, но молчала. С расспросами не лезла. О выступлениях и речи не шло, просаживал последние деньги сидя в доме старухи.

Спустя месяц поставили могилку на холме. Надежда исчезла. Оставаться дальше смысла не было, тем более из города приехала тетка. Волноваться начала, увезла, лечила потом долго. А может и до смерти залечить хотела. Кто ж этих теток знает?

Жизнь вновь потекла своим чередом и чтобы избавиться от вечных расспросов семьи, вновь начал работать. Взял чемодан, немногочисленные вещи и уехал. А о произошедшем забыть постарался.

Яромир

— И что нам это дает? Да ничерта нам это не даёт! — ядовитая усмешка вновь заняла своё место.

Дурацкая легенда о человеке зле, какие-то чудеса и бесовщина. Осталось приплести лешего, единорога и священного мессию. Тьфу!

— Может он всё же рассудком повредился? — нерешительно произнес Клавдий Семирьянович.

Да я сам тут рассудком тронусь! Вздохнул, с сожалением признавая, что сумасшедшим фокусник не является. Так! А почему господа стражи-то ещё здесь?

Видно эта запоздавшая мысль пришла и князю, и распрощавшись, он выставил их прочь.

— Всё чудесатее и чудесатее, да княже? — спросил лишь бы спросить.