Книга Псионик в цепях, страница 27 – Юлия Ветрова

Библиотека же раскрывает другую грань его натуры — исследователя. Здесь он серьёзен и сосредоточен. Он рыщет среди древних гримуаров, игнорируя предупреждения на обложках: его пальцы скользят по строкам, написанным кровью, а глаза загораются, когда он находит что-то действительно редкое.

Он много знает о культуре Эльдар — не из-за формального обучения, а благодаря ненасытной жажде знаний. Он читает на языках, забытых большинством, и находит связи между, казалось бы, несвязанными текстами. Это не просто любопытство — это поиск силы, способов превзойти ограничения, наложенные на него миром.

Пророчица с удовольствием берёт их на свои миссии — и вместе, и по отдельности. Она ценит контраст: Алира — дисциплина и порядок, Дайлен — хаос и изобретательность.

Её команды не так велики, чтобы подбирать людей по личным предпочтениям, но она знает: если Алира и Дайлен работают в паре, шансы на успех вырастают вдвое.

Алире приходится с этим смириться, потому что было бы странно, если бы она отказалась отпускать в одиночку «своего» эльфа.

Дайлен — очень полезен. Не только она это понимает.

Пророчица по достоинству оценила её навыки боя, но Алира для неё — в первую очередь глава отряда «Стальных Шипов».

Дайлен — это Дайлен.

Она видит, как он меняется, как его многогранность становится и преимуществом, и угрозой.

Он мощный боевой маг: его молнии стали гуще, с синеватым отливом, будто заряженные не только энергией, но и ядом. Заклятия школы смерти он шепчет на языке, которого не знают даже старейшины — от них воздух сгущается, а тени вытягиваются, словно пытаясь уползти.

Он отчаянный боец: в бою он не просто использует магию, а играет с ней, превращая сражения в перформанс. Его заклинания — это вызов, его атаки — импровизация. В его арсенале всё больше молний, и вскоре он пополняет навыки какими-то заклятиями школы смерти, от которых у Дакейры холодеет кровь.

Но даже в этом мраке он остаётся собой. Шутит, когда другие бледнеют. Находит красоту в самых жутких ритуалах. Заставляет союзников смеяться, несмотря на опасность. С ним просто весело в дороге: он превращает утомительные переходы в череду забавных историй, а ночные дежурства — в философские дискуссии с элементами чёрного юмора.

Он также учится делать барьеры, которые нужны Пророчице, потому что она может позволить себе только одного псионика. При этом магия исцеления по-прежнему остаётся для него глухой зоной — он может разрушать, но не восстанавливать.

Когда он впервые применил заклятие школы смерти, у Дакейры холодеет кровь — не метафорически, а физически. Её пальцы немеют, а в ушах звучит отдалённый звон, будто кто-то бьёт в погребальный колокол. Она понимает: его сила растёт, но цена этой силы — её контроль над ним.

Но Дайлен не только маг, которого с руками оторвала бы любая команда в крепости. Он — одержимый исследователь, чья жажда знаний граничит с безумием. В его глазах всегда горит этот нездоровый блеск: то ли от предвкушения открытия, то ли от близости к запретному.

До сих пор работа Дакейры не оставляла простора, чтобы изучить эту сторону его личности. Она, конечно, замечала, что он довольно наблюдателен и быстро соображает, но это ни в какое сравнение не идёт с его полезностью, когда речь заходит об изучении Отражений — загадочных феноменов, искажающих реальность.