Книга Любовница, страница 18 – Инна Инфинити

Когда Родион Родионович заканчивает речь о многолетней дружбе наших семей, все берут в руки бокалы. Только у Вадима и его отца вода, потому что они оба за рулем. Все встают из-за стола, чтобы чокнуться друг с другом. А Вадим со мной так аж два раза: первый вместе со всеми, а второй отдельно после. Я делаю едва заметный глоток шампанского и убираю бокал в сторону.

— Эви, чем ты занимаешься? — спрашивает на ухо Вадим.

— Учусь на экономическом. Заканчиваю четвертый курс. А ты?

— Я начал работать у папы в его финансовой группе. Сейчас я его зам.

Нам даже поговорить не о чем. Видно, что Вадим хочет что-то у меня спросить, но не находит что. А мне и спрашивать у него ничего не хочется.

По правую руку от меня моя будущая свекровь переговаривается со своими дочерьми. Прислушиваюсь к их разговору. Они обсуждают жену какого-то Семена Карачева, которая пришла на выставку в платье из позапрошлой коллекции. Короче, перемывают кости. Потом, наверное, и мне так же перемоют. На мне ведь тоже платье двухлетней давности из позапрошлой коллекции. Не зря мама настоятельно просила меня слетать в Милан за новым.

А впрочем, плевать, что они обо мне подумают.

Настало время второго тоста. Его произносит мой папа. Тост посвящен успеху в делах и процветанию наших семей. Вадим снова чокается со мной отдельно. Меня тяготит его внимание, его взгляды. Мне было бы легче, если бы Вадик относился к нашей помолвке, как я — что это нечто неизбежное, что нужно просто пережить.

Третий тост. Теперь от Вадима. Он встает из-за стола, и у меня сердце проваливается в пятки.

— Эвелина, я помню, когда увидел тебя в первый раз. Это было, если не ошибаюсь, где-то лет семь назад. Нас пригласили на чей-то юбилей. На тебе было голубое платье. Оно очень подходило к твоим глубоким голубым глазам. Посмотрев на тебя, я сразу отметил, какая ты красивая…

Я надеюсь, он все это сочиняет для красивого словца. Потому что я не помню никакого юбилея семь лет назад и голубого платья на мне. У меня в целом в памяти отложилось, что я где-то когда-то давно встречала Вадима Островского, но я не помню ни где это было, ни при каких обстоятельствах. Еще помню, что о нем болтали какие-то сплетни, из-за которых у меня сложилось не очень хорошее впечатление. Это были такие же сплетни, как сейчас по правую руку от меня разводят Раиса Островская со своими дочками про жену Семена Карачева и ее старое платье, вышедшее из моды. Не факт, что все это правда.

Вадим достает из кармана брюк бирюзовую коробочку «Тиффани».

О Господи, это все на самом деле происходит со мной…

Не то чтобы я думала, будто Островские просто заглянули к нам в гости на чай. Конечно, я знаю, для чего мы тут все собрались. Но видеть в руках Вадима коробочку, внутри которой лежит кольцо, — это как получить кирпичом по морде.

— Эвелина, — Вадим открывает коробочку. Огромный бриллиант сверкает так, что у меня рябит в глазах. — Согласна ли ты стать моей женой?

После моего согласия начинается обсуждение даты свадьбы. Мне все равно, когда она будет, но чем позднее, тем лучше.

— Может быть, в августе? — подаю голос.

Но меня тут же перебивает будущая свекровь:

— Мы с девочками каждый год уезжаем на все лето.

Ах, ну если они с девочками уезжают на все лето… Ну конечно, тогда мы должны сделать свадьбу в удобное для них время. Чтобы планы Машеньки и Сонечки Островских ни в коем случае не пошатнулись.