Книга Измена. Идеальный мужчина, страница 17 – Галина Колоскова

Смотрит испуганно. Шипит разозлённой кошкой:

— Ты пожалеешь. Ещё приползёшь ко мне!

— Никогда.

Уходит. Хлопает дверью. Я остаюсь один. В пустой квартире, с пустым сердцем, с пустой душой.

Сажусь на пол. Смотрю в стену. Двадцать два года... Я променял двадцать два года на ложь. На боль.

Достаю телефон. Смотрю на фотографию Ирины. Она улыбается. Красивая, спокойная, родная. Та, которую я потерял.

Набираю номер. Гудок. Второй. Третий.

— Да, Рома, — голос холодный, равнодушный.

— Ира, я всё понял. Ничего не было. Беременности не было. Она обманула меня. Прости. Я хочу вернуться.

Пауза. Длинная, тяжёлая.

— Рома, ты опоздал. Я начинаю новую жизнь. Тебе в ней места нет.

— Ира, пожалуйста...

— Прощай.

Гудки.

Смотрю на телефон. Потом на свои руки. Руки, которые крали и предавали. Руки, которыми я всё разрушил. Руки, которые теперь пусты.На душе самому от себя мерзко.

— Что я наделал? — шепчу в пустоту. — Что я наделал?

Тишина. Только ветер за окном. Москва живёт своей жизнью. А я умер внутри.

Проходит месяц. Сижу в кафе на Патриках, пью кофе. Вдруг вижу её. Ирина выходит из машины. Рядом с ней мужчина. Красивый, элегантный, уверенный. Он открывает ей дверь, подаёт руку, улыбается. Она улыбается в ответ.

Глеб Кораблёв. Когда-то был конкурентом. Теперь он рядом с ней.

Они заходят в ресторан. Я смотрю им вслед. Она счастлива. Без меня.

Допиваю кофе. Выхожу на улицу. Москва шумит, живёт, дышит. А я иду по городу один. Красивый, элегантный. Никому не нужный.

— Прости, Ира, — шепчу. — Прости.

Но она не слышит. И уже никогда не захочет услышать.

Глава 9

Месяц после встречи в «Крокусе», переговоров, встреч, споров, сомнений. Глеб оказался настойчивым. Не в плохом смысле, не как Роман. По-другому. Он просто был рядом. Всегда. Когда нужно — помогал. Когда нужно — молчал. Когда нужно — спорил до хрипоты, доказывая свою правоту.

Мы объединяем сети. Процесс сложный, муторный, требующий тысячи согласований. Юристы готовят документы, финансисты считают цифры, мы с Глебом ругаемся.

— Ира, это невыгодно! — кричит он на совещании. — Твои условия по распределению прибыли — грабёж среди бела дня!

— Глеб, без моих клиник твои диагностические центры будут пустовать! — отвечаю уверенная в своей правоте. — Люди не поедут на диагностику неизвестно куда, если рядом не будет лечения!

— А ты не задирай планку! Давай разумный процент!

— Этот разумный!

— Этот грабительский!

Мы смотрим друг на друга. В глазах — огонь. В груди — азарт. Я давно не чувствовала такого. Спорить с равным, доказывать, побеждать. Рядом с Романом я всегда была одна. Решения принимала я, он только кивал. А Глеб — другой. Он бьётся до конца.

— Хорошо, — говорит он наконец. — Давай компромисс. Пятьдесят на пятьдесят, но ты берёшь на себя маркетинг.

— И обучение персонала, — добавляю сама.

— И обучение. Договорились.

Мы жмём друг другу руки. В его ладони тепло, уверенность, сила. Я не отвожу взгляд. Он улыбается.

— Ира, ты потрясающая, — говорит тихо, чтобы не слышали юристы. — С тобой невозможно работать, но и жить без тебя невозможно.

Я улыбаюсь в ответ. Впервые за долгое время — искренне, без натяжки, без боли.

Вечером мы сидим в «BalziRossi» на Патриках. Любимый ресторан, любимые столики у окна. За стеклом огни Москвы, люди спешат по своим делам, машины текут рекой. А мы здесь, в тепле, с бокалами вина, после долгого трудного дня.