Книга Сводные. Запретное влечение, страница 128 – Даниэлла Ник

— Ты реально не собираешься уходить? – зло шепчет она, когда я выношу Саву после ванной. Он расслабленный и разморенный, кульком висит на моих руках, завернутый в полотенце.

— Пока сына не уложу, нет! – отвечаю с улыбкой. Понимаю, что своей реакцией бешу ее еще больше, но не могу удержаться.

— Я тогда пойду прогуляюсь! – бросает она, наклоняясь к Савелию для поцелуя. – Напишешь, как он уснет.

Не успеваю я и глазом моргнуть, как она накидывает на себя пуховик и выпархивает в подъезд, оставляя нас одних.

Сердечная мышца сокращается и ускоряет темп от дурного предчувствия. Даже не помню, что болтаю сонному Савелию, с ним на руках подхожу к окну, и вижу, как Соня выходит из подъезда и усаживается в черный Мерс, припаркованный во дворе. Сука, мерзкий докторишко!

На морально-волевых укладываю ребенка спать, нутро скручивает неимоверно от напряжения. Еще и жена закидывает сообщениями, взрывая во мне петарды одну за другой. Ждет с нетерпением моего возвращения. Пиццу для меня заказала, хозяюшка и подготовила какой-то офигенный сюрприз. Уверен, что липовый тест на беременность. С этим мы после разберемся. Сначала – центр моего внимания Санталова.

Дождавшись, когда говорливый Савин ротик закроется, поглаживаю сына по спинке и прислушиваюсь к мерному дыханию. Уснул.

Подхожу к окну и гипнотизирую машину, стоящую внизу, параллельно набирая текст в мессенджере. Доставлено, прочитано. Заложив руки в карманы брюк, раскачиваюсь с пятки на носок в ожидании. Спустя минуту пассажирская дверь открывается, и мать моего ребенка выскальзывает на улицу. Я прожигаю взглядом через крышу водителя Мерса, уверен, что он там корчится в муках. От ревности с ума схожу, внутри зудит от напряжения, и я спешу в прихожую.

Софа появляется на пороге, на меня не смотрит, щеки лихорадочно горят. Я наблюдаю за тем, как она нервно терзает свои губы зубами и понимаю, что опоздал. Она влюблена в него как кошка, и пять минут назад они страстно целовались внизу. Я считываю ее возбуждение и даже запах другого мужика на ее теле.

— Уснул? – хрипло интересуется она, стягивая с ног ботинки.

— Да.

— Не плакал?

— Нет! – односложно отвечаю, еле сдерживаясь от злости. А злюсь я сам на себя в первую очередь.

— Что с тобой происходит, Слав?

— Плохо мне!

— Я не знаю, что ты там надумал в своей голове, но уверена, что с утра станет легче. Ты дергаешься как паралитик. Попей успокоительное, или типа того. Выспись как следует.

— Ты обижена на меня?

— Нет! – пожимает плечами, складывая руки на груди.

— Расскажи мне, что ты испытала, когда узнала, что беременна? – игнорирую вибрирующий в кармане телефон.

— Зачем? – вскидывает на меня свои серые глаза, в которых я опять тону без остатка. – Все давно в прошлом и случилось так, как случилось. И ответь уже, наконец, на звонок. Ты поступаешь по-свински по отношению к своей жене.

Закрываю дверь за Кобзарем, и без сил опускаюсь на пол. Мне пришлось наговорить ему очень много гадких слов, чтобы он, наконец, покинул наш дом.

Я не хочу выяснять отношения, искать кто прав, кто виноват. Мне нужен покой. Сегодняшний поцелуй просто выбил меня из колеи. Еле сдержала свое самообладание, чтобы не ответить ему, задыхаясь от вкуса и запаха.

Ничего не прошло. Ни на грамм. Как бы сильно я не воображала, что ненавижу его, меня тянет как магнитом. А это очень и очень хреново, потому что дальше будет только хуже. Он просто отец моего ребенка и не более того. Тем более – женат на другой. Ничьей любовницей я не буду никогда в жизни. Как и на вторых ролях. Все или ничего!