Книга Танцуй для меня, страница 62 – Даниэлла Ник

Буквально через минуту в дверь стучат.

— Заходи! – командую я, уверенный, что принесли кофе.

— Добрый день, Егор Николаевич. Подпишите, пожалуйста, заявление!

Резко разворачиваюсь и вижу ее. Ту, которая приходит ко мне во снах каждую ночь на протяжении минимум двух недель. Ту, чей аромат я вдыхаю каждую ночь. И ту, которую вынужден отпустить.

— Здравствуйте, Александра. Что у Вас?

Дверь она предусмотрительно оставила открытой.

— У нас здесь заявление на увольнение! – дерзко выплевывает она, глядя прямо в глаза, выкладывает на стол лист бумаги.

— Причина?

— Жаль, что здесь нельзя написать, что директор-мудак. Отдел кадров не примет.

— А, все-таки?

— Смена места жительства устроит?

— И куда же Вы уезжаете?

— Обратно! Недавно была в отпуске, встретила свою первую любовь. И закрутилось! – улыбается во весь рот, довольная. Провоцирует, вывести из себя пытается.

— Совет да любовь! – буркаю, подмахивая заявление. – Занесите в отдел кадров, пожалуйста. Всего доброго!

— И Вам не хворать, Егор Николаевич!

Разворачивается, тряхнув копной русых волос и удаляется из кабинета, унося свою прекрасную попку и прекрасные воспоминания. Вот и все. Пиздит мне про первую любовь, причем очень неубедительно. Изменилось в ней что-то, но что? Пытается казаться радостной и счастливой, но вижу, врет. Глаза потухшие, нет искорки. Я ее затушил.

Что ж, надеюсь, найдет себе хорошего парня и будет счастлива с ним. Закончит институт, устроится на хорошую работу, а, может, удачно выйдет замуж, и не будет работать. Она фантастически красива, ей обязательно повезет.

А я? А я буду гореть в аду.

Примерно год спустя.

— Тихо-тихо, Тася. Ну, что ты опять хмуришься? – тепло улыбаюсь я, взяв малышку на руки. – Животик болит?

Дочь смотрит на меня внимательно, затем морщится, и начинает орать, поджав ножки к животику. Опять колики, будь они не ладны. Я скоро умом двинусь. Боже!

— Сейчас, моя хорошая! – приговариваю я. – Массажик сделаю, дам тебе укропную водичку.

Тасюша не обращает никакого внимания, и продолжает рявкать, словно ее режут.

— Что опять тут? – заглядывает в комнату Димка в наушниках.

— Прости, Дим. Принцесса опять выделывается. Сейчас ей полегче станет, на улицу с ней выйду погулять, чтоб не мешать тебе.

— Да вы не мешаете, Сань. Давай покачаю?

Я вздыхаю, и передаю малышку брату. Может, у него руки крупнее, а, может, так совпали звезды, но Таисия успокаивается и засыпает.

— Ого! – шепчет он с восторгом. – Уснула!

— Сейчас самое главное переложить ее в кроватку.

— Еще чего! Это бомба замедленного действия! – тихо фыркает брат. – Я на диван с ней сяду, а ты мне учебник принеси.

Делаю все, как он просит, и на цыпочках удаляюсь на кухню попить чай с молоком. Не скажу, что фанатка этого напитка, но для лактации, говорят, отлично помогает. Тем более лишних денег на смеси нет, буду кормить грудью пока замуж не выйдет.

К чаю у меня приготовлено особое лакомство – печенье «К кофе». Изначально я жевала «Марию», но она вообще ужасная была, как картон. Это гораздо вкуснее.

Усевшись на табуретку, вытягиваю ноги в коротких шортах. Я родила три месяца назад, седьмого апреля. В Благовещение, как мама сказала. Роды были стремительными и вполне терпимыми. Видимо, сказывается физическая подготовка. Я ничего не порвала, и через два часа уже вполне себе передвигалась по палате. Единственное, дочь не могла рассосать грудь и горько плакала, а молоко пришло лишь на третий день. Но, слава богу, все наладилось.