Книга Первая любовь не ржавеет, страница 53 – Лина Филимонова

Боже…

Это происходит на самом деле.

Тот самый Сашка Петров. Тот самый член… Который стал для меня эталоном.

Не то чтобы я их много видела… Но все были какие–то смешные и нелепые. Серьёзно. У мужчин вообще очень забавная штука между ног.

Но этот… Вау!

Все такой же красивый. Гладкий, пульсирующий, толкающийся в мою руку. Огромный! Но при этом аккуратный. Ровный, с блестящей набухшей головкой.

Сашка толкает меня на кровать. Стягивает с меня с трусики. Они повисают на лодыжке.

Мои уши пылают. В висках стучит пульс. Я вся дрожу.

Это происходит на самом деле…

— Ты охуенная! – выдыхает Сашка.

Он сидит у меня в ногах. Его пальцы дразняще движутся по моим бедрам. Вверх… Я сейчас умру. Я выгибаюсь, не в силах сопротивляться адскому желанию.

Его пальцы уже скользят по влажным набухшим губам… Погружаются внутрь, слегка растягивая меня.

— М–м–м–м….

Подожди! Не надо так. Это слишком… Я сейчас кончу прям сразу. А я хочу почувствовать твой идеальный член в себе. И умереть от оргазма вместе с тобой.

— Трахни меня! – шепчу, забыв о всяком смущении.

— А, может, сначала узнаем другу друга получше? – прикалывается Сашка.

Я швыряю в него подушку.

Он уворачивается и с рычанием целует мою грудь. Я просто изнемогаю от желания почувствовать его в себе…

Горячие губы. Жадные руки. Поджатые пальцы ног. Дрожь дикого возбуждения.

И… наконец, я чувствую, как он вжимается головкой… Невыносимо медленно и нестерпимо приятно заполняет меня.

Я вижу его пьяные стеклянные глаза.

— Маришка… – шепчет он, входя в меня снова и снова.

Глубоко и мощно, толкаясь бедрами, соединяя наши тела в одно, доводя меня до хриплых стонов дикого исступления…

40

Александр

Ну все. Она моя и никуда от меня не денется.

Проваливаюсь в нежный цветочный аромат ее волос. Вдыхаю глубоко, до головокружения. И чувствую, что улыбаюсь, как дурак. Такая эйфория, немножечко даже хочется заржать радостным коником.

И я весь наполняюсь кайфовым тянущим напряжением и каменной твердостью. Снова.

Мой член упирается в попу.

Моя ладонь сжимает упругую грудь. Чувствительный сосочек твердеет под моими пальцами.

А моя горячая кошечка спит. Прижавшись ко мне попкой.

Ну и вертлявая она! Как юла. Сначала уснула у меня на плече. Потом перевернулась на спину. Теперь вот демонстрирует мне свои шикарные красоты.

Аккуратно скольжу пальцами по попе. Пробираюсь в нежное и желанное… Всё ещё мокрая!

Чувствует меня. Подставляет попку.

Моя кошечка!

Меня уговаривать не надо. Пристраиваюсь сзади поудобнее и медленно, никуда не торопясь, чувствуя долбящий в виски пульс, погружаю свой каменный стояк в трепещущую мокрую киску.

Моя горячая красотка, ещё не проснувшись, сладко стонет:

— М–м–м–м…

И – сама двигается мне навстречу! А потом вдруг замирает. Проснулась! И сонно спрашивает:

— Сколько времени?

Не знаю. Наверное, часа три–четыре. Уже рассвело, но солнце ещё не встало. Зато у меня все стоит и звенит, аж до боли.

— Самое время поджарить мою курочку, – отвечаю на ее вопрос.

— Ты меня уже три раза поджарил!

Ага. И воспоминания об этом распаляют ещё сильнее.

— Чувствую, ты ещё недожаренная, – бормочу я.

И, раз уж проснулась, ставлю ее на четвереньки, и, немного полюбовавшись открывшимися видами, вдалбливаюсь сзади.

— Саша…

Как сладко она произносит мое имя! И какая она отзывчивая! Кайфует от каждого толчка, дрожит от каждого прикосновения.