Онлайн книга «Первая любовь не ржавеет»
|
Маринка за все это время прислала мне всего одну откровенную фотку. И я уже весь издрочился на нее. — Ну вот и пошли! – не унимается Жека. – Прогуляешься, развеешься. Не понравится – уйдешь. Я в квартире, которую мы с ещё двумя ребятами из моего города сняли на время экзаменов и оглашения результатов. И вот вчера я узнал, что поступил… Да это офигеть какое радостное событие! Меня воспитывала одна мама, денег учиться на платном у нас нет. Мне доступен лишь один способ пробиться – поступить на бюджет. И у меня получилось! Я – студент! И правда, это надо отметить. Чего я как ботан, заперся в комнате? Схожу на вечеринку, пообщаюсь с будущими однокурсниками. Выпью пива, просто покайфую и расслаблюсь наконец. * * * — Видал, какие? – толкает меня в бок Жека. – Четкие чики! И кивает на девчонок. А они тут, и правда… четкие. Модные, стильные, раскрепощенные. Танцуют так, что мой стояк тяжелеет с каждой секундой. — Привет, ковбой! – подваливает зеленоглазая девчонка с длинными ногами и веснушками на носу. Я хер знает, почему я ковбой. Вроде без шляпы и без коня. — Привет. — Я Анюта. — А я Саша. — Поступил? — Ага. — Су–у–у–у–пер!!! Пошли танцевать. И я иду. Просто потанцевать. Просто подвигаться рядом со всеми этими… Бля. Сколько тут их… И какие они все… — Ты классный, – улыбается мне та самая длинноногая. — Ты тоже. И тут она обвивает мою шею руками… — Стой! – торможу ее. — Что не так? — У меня девушка есть. — И где она? Длинноногая убирает руки. — Дома. В другом городе. — Отношения на расстоянии? – усмехается она. – Полная фигня. Я пробовала. Не советую. — Я, вроде, твоего совета не спрашивал… — И сколько ты продержишься, ковбой? – смеётся Анюта. — Столько, сколько будет нужно. Честно: я не знаю, как продержусь. Я вернусь домой недели на две–три. И затрахаю Маринку до смерти. А потом… Как я выдержу потом? Год в разлуке. Как минимум… Год дрочить на редкие нюдсы и пускать слюни на однокурсниц? Я продержался пару часов. А потом… Ее тонкая талия в моих ладонях. Ее теплые руки на моей шее. Ее горячие жадные губы… И мой бешеный стояк, рвущийся им навстречу. Утром я проснулся с пустыми яйцами и с неподъемным чувством вины. Аню избегал, хотя она писала и звонила. На сообщения Марины отвечал односложно, а потом и вовсе перестал. А что я мог ей сказать? Прости, не удержался, засунул свой голодный хер в другую? Мог бы и не говорить, конечно. Нет, не мог… Муки совести, стояк, ощущение себя козлом, понимание, что я бы в любом случае вряд ли выдержал год. А через неделю ко мне заявилась Аня. И снова горячие губы… А чего уже? Я уже изменил Маринке. И отмотать назад не могу. Маринка далеко. А Анютка здесь, рядом: теплая, живая, на все готовая… В августе я не поехал домой, как планировал. Просто попросил маму прислать вещи. И нашел подработку, Изрядно измотанный муками совести все же написал Маринке, что встретил другую. И даже боялся представлять, как это на нее повлияло.… А, может, она тоже кого–то нашла? – надеялся я трусливо. Ей же тоже, наверное, сложно было ждать… В сентябре началась учеба. А в октябре Аня показала мне тест с двумя полосками. И сообщила, что будет рожать, независимо от моего решения. У нее какие–то проблемы по–женски, возможно, это ее единственный шанс. |