Книга Когда ты проснешься…, страница 99 – Андрей Эмдин

Беру испуганного, напряженного зверя на руки. Никакого копирования — просто жест заботы. И опускаю на пол, когда мы поднимаемся на верхнюю палубу. Оказавшись на безопасном расстоянии от воды, Кот успокаивается. Я сажусь на один из расставленных на палубе шезлонгов. Мой любопытный спутник немного прогуливается взад-вперед, продолжая держаться подальше от бортика, и, сочтя экскурсию завершенной, присоединяется ко мне.

— Этот мир сделан аккуратнее, чем твой, — делает он обидное замечание, запрыгивая на соседний шезлонг и жмурясь от яркого морского солнца. Он всегда говорит, что думает. Я люблю его в том числе и за это качество, которого так не хватает реальным людям.

— Над ним работали хорошие архитекторы. И я тоже немного приложил руку, — хвастаюсь я Коту, пытаясь реабилитироваться за свой нелогичный маленький мирок.

— Тебе нравится то, что получилось?

Пожимаю плечами:

— Еще один дурацкий идеальный мир. Только теперь еще и с таймером.

Кот неожиданно чутко улавливает в моих словах иронию:

— С этим миром что-то не так?

— Понимаешь, Кот, «Неслучайная Встреча» всегда создавала и создает идеальные миры для своих игроков. В них все выверено до мелочей, каждый винтик этого идеально спроектированного мира ведет себя правильно. Так что с этим миром все так. Все даже слишком «так»!

— Разве это плохо?

— Может, и хорошо, — соглашаюсь я. — Но в реальной жизни так не бывает. В реальной жизни всегда что-то может пойти не по плану. Никто не знает, что ждет нас в следующую минуту. Люди жалуются на судьбу, жалуются, что не могут контролировать все прихоти Его величества случая, но они не понимают, что именно непредсказуемость придает нашей жизни вкус. Именно наше неведение относительно грядущего позволяет нам столь остро переживать чувство счастья. Да, мы платим за это столь же ясным ощущением горя, но это уместная цена за возможность чувствовать. За возможность проживать каждую минуту так, будто она последняя. А это, — обвожу рукой пустующий лайнер, — цифровая галлюцинация, которая точно по расписанию выйдет из точки «А» и через сорок восемь часов прибудет в точку «Б». И у крупье в казино всегда будет безупречно отглажен воротничок, кровати в каюте будут идеально мягкими, а на ясном небе не промелькнет и облачка за все два дня круиза. Этот мир — сладкий кисель, в котором можно утонуть и в бесконечном ощущении свалившегося на тебя счастья вдруг утратить способность его почувствовать.

— Ты сам себе противоречишь, — возражает Кот. — Извини, но мне доступна только простая машинная логика. И сейчас я тебя не понимаю.

— Чуть больше месяца назад я погружался в один из разработанных в компании миров. И там кое-кого встретил…

Я рассказываю Коту всю историю нашего с Олей отдыха и о том, с какой целью я оказался в «Неслучайной Встрече». Не знаю, что заставляет меня исповедоваться виртуальному персонажу. Возможно, мне хочется, чтобы в этом мире появился хоть кто-то, не оценивающий мои идеи с точки зрения опостылевшего здравого смысла. Программа Кота, построенная на чрезвычайно логических схемах, была сомнительной для этого кандидатурой. Но тем не менее он слушает меня, не перебивая, лишь иногда меняя позу, подставляя палящему солнцу то один, то другой бок.

— То есть эта девушка Оля, — произносит Кот, когда я заканчиваю рассказ, — постоянно подбивала тебя нарушать нормальный ход вещей и видела в этом… логику?