Книга Влюбиться в Январь, страница 6 – Ася Исай

Забираю кружку, вспоминая, зачем вообще приходила, но не доношу ее до раковины, встречая взглядом турку на столе. Точно. Сначала кофе, разбудить уставший мозг. Но то ли я такая бедовая, то ли черная полоса решила сожрать меня всю, чтоб не мелочиться. Потому что ну не бывает у нормальных людей так, чтобы одновременно у турки оторвалась ручка, кофе грязной лужей разлился по всей плите и тонкой струйкой начал стекать на пол, а в стоящей на столешнице кружке ветки перевесили и решили упасть прямо на не успевший погаснуть от разлитого кофе газ.

Стою я в этом всем великолепии, держась за ручку от турки, и смотрю, как потрескивая начинают разгораться ветки ели и не знаю за что хвататься в первую очередь, потому что ко всему прочему начинает звонить домофон! Мой мозг решает, что самое важное, быстро открыть дверь и только потом забросить пылающие ветки в раковину, чтобы залить водой.

Ян появляется на кухне, когда пожар уже локализован, но все остальные последствия стихийного бедствия налицо. Особенно дымовая завеса с хвойным ароматом.

— У-у-у… – выглядывает из-за его плеча та роскошная женщина. – Удачи, Ян. Ты заходи, если что. На антистрессовый коньячок. По-соседски. Дверь захлопну, не провожай, – показывает мне большой палец и исчезает из квартиры… Так она просто соседка?

Ян проходит мимо меня, а я покрываюсь мурашками раньше, чем он открывает настежь окно, чтобы проветрить. Мороз кусает голые ноги и плечи, но щеки опаляет жаром. Последнее происходит от слов Яна.

— Юль, тебя в детстве ремнем не пороли? – подходит со спины вплотную и спрашивает очень серьезно, а я не понимаю… Может, моему уставшему и надышавшемуся дыма мозгу послышалось?

— Что? – разворачиваюсь к нему и задираю голову, чтобы заглянуть в глаза. Он все еще без футболки, и я чувствую тепло разгоряченного после тренировки тела.

— Думаю, может попробовать стоит… Я же тебя отправил спать, – склоняет голову набок, придвигаясь еще ближе ко мне.

— У меня просто… – демонстрирую ручку от турки.

— Дай угадаю. Само?

— Само. Но я сейчас все устраню…

— Синичка… – вздыхает устало.

— Я Скворцова, – пищу, крепко держась за ручку турки, а он накрывает мою своими пальцами. Дрожу или от холода, или оттого, что он наклоняется и говорит, едва касаясь моих губ своими.

— Скажи спасибо, что я не говорю то, о чем на самом деле думаю. Брысь в свою комнату. Спать. И чтобы я до обеда тебя не слышал! – зачарованно смотрю ему в глаза и не могу оторваться. Облизываю пересохшие от частого дыхания губы. – Быстро! – рявкает Ян, и я ойкнув и правда убегаю.

Это что между нами такое было сейчас?.. Или я все как всегда придумала? Конечно, придумала. Зачем я такому, как он? Нет, точно спать. Укутываюсь по самый нос в одеяло и даже отключаюсь, но подскакиваю на месте, когда слышу оглушающее:

— Синичка! Это что за …! – в комнату врывается Ян в одном полотенце. И от того, как стекают капельки воды по его торсу, убегая за горизонт сползающего полотенца, отвлекает только то, что седина на голове Яна приобрела роскошный клубнично-розовый оттенок.

Ой-ей!

6. Маленькая птичка

— Я не понимаю зачем это вам, – нервно помешивает чай в кружке. Сахара там нет. Она просто волнуется. И на то есть причины.

Она превратила меня из холодного и брутального января в розововолосого няшу. Несмотря на это, не могу выкинуть ее из дома и только что сообщил, что она может жить здесь сколько потребуется. Потому что правила, мля! Но Юля неожиданно решила сопротивляться.