Книга Сто шагов до счастья, страница 6 – Ольга Гусевицина

Приподняв бровь, Яша посмотрел на Макса, но возражать не стал. Перевёл взгляд на Маришу, подмигнул, вновь сделал взмах невидимой шляпой и ретировался.

— Чего ты с ним так сурово? И что значит «на чужое рот не разевай»? — Мариша внимательно смотрела на него. — Разве я твоя?

— А ты против?

Фраза слетела сама собой, и теперь Максу ничего не оставалось, как напряжённо ждать ответа. Ведь он почти ничего не знал о ней. «Она красивая. С чего я взял, что у неё нет парня», — размышлял Макс, внимательно глядя на Маришу.

Только она медлила, прикусив губу и слегка опустив голову, а когда вновь подняла на него глаза, в них была радость.

— Нет, не против.

Макс с облегчением выдохнул и невольно расплылся в улыбке. На душе стало легко. Он смотрел на Маришу и не верил, что вот она, рядом, можно коснуться — и она не исчезнет, как это бывало в его повторяющихся снах.

— Что-то не так? — смутилась Мариша под его пристальным взглядом.

Макс качнул головой и, не отводя глаз, выдохнул:

— Влюбился!

Мариша на мгновение отвернулась, прикрыв лицо прядью волос, потом стрельнула в него взглядом и заулыбалась. Макс видел — она не поверила. Ведь прошлым летом он не раз говорил ей, как Попандопуло: «И шо я в тебя такой влюблённый?» Лишь после отъезда Мариши он понял, что она занимает все его мысли, а фраза киношного героя перестала быть шуткой.

Недоверчивость девушки его не обидела, а вот любопытные и ревнивые взгляды местных девчонок начали раздражать.

— Давай отойдём. — Макс коснулся её руки. — А то мы народу танцевать мешаем.

Мариша удивлённо приподняла брови — площадка была достаточно свободной, — но спорить не стала. Они переместились к высоким тополям, где никого не было. Густые заросли клёна создавали подобие беседки.

Макс обрадовался — он давно мечтал остаться с Маришей наедине! Но тут в его планы ворвался выпивший парень.

— Макс, здорово! Отдыхаешь? — икнул он, протягивая руку.

— И тебе хорошего праздника, Дёндик. — Макс пожал руку. — Я вижу, ты уже в настроении.

— Так у Чёки день рождения, не мог же я его обидеть! Ну не мог же, правильно? — Парень пошатнулся, но устоял.

Макс заметил, как недовольно Мариша покосилась на Дёндика. Ей явно не понравилось его неадекватное состояние. Она даже сделала несколько шагов в сторону, сморщив носик.

— Правильно. А где ты, кстати, его потерял, Чёку-то? Ты найди его, Дёндик, друга нельзя бросать!

— И то верно, — снова икнув, парень удалился.

Максу стало неудобно за приятеля. Мариша ведь мало что знала о нём. Дёндик не был ему близким другом, но условностей провинции никто не отменял: не поздороваешься — проявишь неуважение. Будут говорить, что зазнался, даже руки не подаёт.

Его и так многие недолюбливали — кто-то побаивался, кто-то откровенно ненавидел и говорил о нём гадости. А то, какие победы у девчонок ему приписывали, он даже и не пытался опровергать. Сам поддакивал рассказчикам, подливая масла в огонь.

Оставалось только надеяться, что эти россказни не дошли до Мариши.

— Да, Макс, навредил ты сам себе, — словно прочитав его мысли, произнесла она.

— Чем? — Он настороженно посмотрел на Маришу.

— О тебе много говорят здесь всякого. — Она прикусила губу, словно стараясь удержать ненужные слова.

— Да, говорят, — не стал отрицать он. — Что-то правда, а больше сплетни.