Книга Сто шагов до счастья, страница 51 – Ольга Гусевицина

— А так разве можно?

— До суда, оказывается, ещё не то можно!

Соня хотела что-то добавить, но голос снова подвёл, и она замолчала, прижав к губам кулак.

— И теперь эта коза во всём обвиняет только Макса, — в её глазах стояли слёзы.

— А что Ваня говорит? — выпалила Мариша.

— Его родаки из дома не выпускают и сами молчат, — Соня вздохнула. — А те двое вообще из города сразу слиняли.

— О, Соня! — К сестре Макса подлетела рыжая девчонка. — Я думала, ты не придёшь…

Мариша отступила в сторону. Последняя надежда, что всё сказанное раньше — дурацкие сплетни, растаяла. Смысла дальше мучить Соню расспросами не было. Да и то, получил ли Макс её письмо, уже не имело значения.

Жизнь, как и дискотека, продолжалась. Мариша встала рядом с оглушающе гремящей басами колонкой, только чтобы больше не слышать ничьих слов про Макса. Она закрыла глаза и слегка раскачивалась в такт музыке. В её голове никак не укладывалось рассказанное Яшей и Соней. «Макс не может быть таким!» — кричало сердце. «Да только девушка в больнице, а в милиции заявление», — отвечал разум фактами. А душа тихонько оплакивала рухнувшие надежды вернуть отношения.

Скоро на каждом углу все кому не лень будут полоскать имя Макса. А бабушка скажет: «Я тебе говорила, что он дрянной! Не смей даже приближаться к нему!»

Больше Мариша ни у кого, ни о чем, ни спрашивала. И лишь один раз открыла глаза, почувствовав чей-то пристальный взгляд. Напротив, в метре от неё, стоял Кит. На его лице не было привычной наглой улыбочки. Он как-то грустно на неё посмотрел и подмигнул. Марише даже показалось, что она видит в его глазах сочувствие. Словно он знал о том, что она чувствует. Невольно Мариша улыбнулась. Неожиданно Кит шагнул к ней, взял за плечи и шепнул в самое ухо:

— С Новым годом! Всё будет хорошо, поверь.

Мариша не успела ничего ответить, как Кит отступил от неё и ушёл, растворившись среди танцующих.

Придя домой, Мариша долго не могла уснуть. «Он не мог», — вновь скулило сердце. «Правду знает только Макс», — искал аргументы мозг. Душа металась, словно в клетке, пытаясь понять, чему верить. А под утро ей приснился странный сон.

Лето. Вечер. Она встретила Макса на тихой улочке возле сарая для сена, одной стеной примыкавшего к старой конюшне. Вокруг ни души. Тишину нарушало лишь стрекотание кузнечиков в пыльной траве. Закатное солнце ослепляло, и Мариша не могла рассмотреть выражение лица Макса. Только было ощущение, словно они и не рады друг другу.

Она переминалась с ноги на ногу, чувствуя, как сердце начинает учащённо биться, словно перед выступлением в актовом зале школы.

— Зачем звала? — Макс недовольно поморщился, сунув руки в карманы любимой джинсовки с орлом.

— Поговорить, — выдохнула она.

— О чём? Ты всё мне написала в письме, — улыбнулся он одними губами, а в глазах — грусть.

— Пойми, я не могу так! — Мариша шагнула к нему.

И по прихоти её подсознания они с улицы переместились на деревянный настил под крышей сарая, где хранилось сено.

— Будем опять говорить о любви, — прозвучал возле уха полный нежности голос Макса.

Мариша не успела ничего ответить, как он обнял её со спины за талию и потянул на себя. Они упали с деревянного настила в сено, словно на мягкую перину. Она попыталась освободиться, но Макс и не собирался выпускать её из плена рук. Лишь позволил повернуться так, что они оказались лицом к лицу. Глаза в глаза. И Мариша замерла.