Книга Где же ты, счастье…, страница 119 – Ольга Маслюкова

— Я сейчас принесу градусник.

Когда измерили температуру, она оказалась 36,8.

— Странно, — произнесла Зорина. — Но он же горит… Что за чертовщина?

— Пойду заварю чай с ромашкой, — сказала Марта и поторопилась спуститься вниз.

— Папа, что у тебя болит?

— Ничего, доченька, просто в груди печет огнем, будто пожар, и дышать трудно.

Зорина положила ему на лоб руку и закрыла глаза. На какое-то мгновение девушка увидела Ксению Михайловну, которая сказала: «Сейчас все пройдет. Отдай ему свою здоровую энергию». Зорина резко открыла глаза и увидела, как отец пристально смотрит на нее и улыбается.

— Папа, тебе лучше?

— Да. Дышать легче стало. Твое прикосновение помогло мне. А что случилось?

Тут вошла Марта с кружкой отвара и подала Зорине. Увидев улыбающегося хозяина, отпрянула, испуганно переводя взгляд то на мужчину, то на Зорину, не веря своим глазам. Вид у Дмитрия Федоровича был здоровый и жизнерадостный.

— Спасибо, Марта. Все хорошо. Ступай.

Домработница попятилась назад, и когда ее спина коснулась двери, резко повернулась и сбежала по лестнице. Она хватала ртом воздух, то ли от страха, то ли от сильного волнения. Распахнула настежь дверь, свежий ветерок овеял ее тело. Марта вышла на улицу, немного успокоилась и присела на скамейку. «Невероятно, — подумала она, — ведь задыхался, весь покрылся потом, а через пять минут — как ни в чем не бывало! Лежит и улыбается… Зорина, это она… Точь-в-точь как умершая хозяйка… Все у них так. Заколдованное поместье! Я живу в этом столько лет… Думала, с ее смертью все закончится, но нет, появилась другая. Ничего, придется смириться».

Марта так окунулась в воспоминания и свои предположения, что не заметила, сколько времени просидела, только когда ее окликнула Зорина, она от неожиданности вздрогнула. Дмитрий Федорович с дочерью спокойно прогуливались по саду.

— Марта, мы тебя потеряли. Отцу нужно собираться в аэропорт. Накрой, пожалуйста, на стол. Нужно подкрепиться перед дорогой.

— Да, да, конечно, — вскочила со скамьи Марта и быстрым шагом направилась на кухню.

Дмитрию Федоровичу показалось, что во взгляде Марты промелькнула искра ненависти. Может, потому что уловила сострадание в его взгляде, и это оскорбило ее. Поравнявшись с ним, она даже презрительно хмыкнула. «Что ж, — подумал он, — может, сам того не подозревая, я когда-то обидел ее, каким-то образом бездумно вмешался в ее судьбу».

— Что это с ней? — посмотрела на отца Зорина, — какая-то странная сегодня…

— Не обращай внимания.

— Папа, когда теперь увидимся?

— Дочка, за эти дни у меня накопилось много дел. Я очень рад, что хоть немного побыл с тобой.

— Ты не рассказал, как живешь с Викторией.

— С Викторией в последнее время что-то творится. Пока не знаю, что, но мы стали ссорится.

— Удивительно. Мне казалось…

— Мне самому казалось. Ладно, дочь, поживем — увидим. Ты приезжай к нам. — Он решил пока не говорить дочери о предстоящем расставании с Викторией.

— Ой, не знаю, когда выберусь. Папа, я хочу тебе открыться: сегодня на тренировке познакомилась с мужчиной по имени Александр. Он вызвал у меня огромный интерес. Со мной никогда такого не было. Будто знаю его всю жизнь. Думаю о нем каждый час… Он так на меня смотрел.

— Девочка моя, пришло, наверно, твое время влюбиться. Но ты не торопись, присмотрись. Хотя я верю тебе. Ты у меня осторожная.