Книга Только мой…, страница 71 – Ольга Маслюкова

— Солнышко улыбается нам, не нужно его закрывать.

Иди скорей ко мне, — позвала Татьяна.

Мужчина вернулся в постель, она положила голову на его широкую грудь, тихо произнесла:

— Вильгельм, я согласна быть твоей женой.

Он, как мальчишка, захлопал в ладоши, а потом поднял свою избранницу на руки и закружил по комнате.

— Как я счастлив, Танюша! Мы уедем с тобой в Австрию, в мой дом. Познакомлю тебя с мамой, папой, они будут счастливы. Я просто схожу с ума от нахлынувших чувств к тебе. Как же давно мое сердце не испытывало такого восторга!..

— Просто встретились два одиночества… Наши трагедии похожи как две капли воды. Оба когда-то были счастливы с нашими любимыми, думаю, сейчас они нас простят, будут смотреть с небес и улыбаться.

— Какая ты у меня душевная, добрая… и необыкновенно красивая, — любовался Вильгельм Татьяной, бережно укладывая ее в постель. — Отлично, что все решилось, мы сейчас же скажем об этом твоей дочери.

Он схватил телефон, чтобы позвонить Полине, но Татьяна остановила его:

— Подожди, может, она еще спит, а мы, как сумасшедшие, огорошим с утра пораньше.

— Что такое огорошим? Татьяна засмеялась.

— Огорошим — это значит… Ну, как гром среди ясного неба, понимаешь? Неожиданная новость… Не знаю, как тебе еще объяснить.

— Понял, понял. Русский язык такой разнообразный!

Долго его изучал, но слово «огорошим» не слышал.

— Давай сначала позавтракаем, а потом позвоним, хорошо?

— Договорились. Иду на кухню.

— Вильгельм, у тебя есть халат и тапочки?

— Конечно, есть. Как я не подумал, прости. Все в шкафу. Посмотри сама, пожалуйста, — ответил он уже из кухни. Татьяна открыла шкаф, там чинно расположились костюмы Вильгельма, рубашки и галстуки. Она открыла другую дверцу, в этом отделении на полочках были аккуратно сложены полотенца, на плечиках висели четыре халата, все мужские. Внизу стояли три пары тапочек большого размера. Она взяла халат белого цвета, накинула на себя и утонула — пришлось два раза обмотать пояс вокруг талии, надела тапочки и пошла на кухню. Вильгельм посмотрел и рассмеялся.

— Ты такая смешная, но тебе идет белый цвет. Сегодня мы купим все, что необходимо, твоего размера.

— У меня все есть, но дома, — возразила Татьяна.

— А я хочу приобрести сам. Мне приятно это сделать, и никакие возражения не принимаются. Ты теперь моя будущая жена, позволь мне делать покупки.

— Позволяю, — поцеловала его Татьяна.

Вильгельм быстро справился с приготовлением завтрака.

— У тебя так ловко это получается! Бекон, яичница, бутерброды… У-y, как вкусно…

— Так я же холостяк. Иногда приходится по утрам самому готовить завтрак. А обедаю в ресторане.

— Торжественно обещаю, что буду каждое утро готовить тебе завтрак, — усаживаясь за стол, разглядывала еду Татьяна. — Я всегда баловала Сергея, когда он возвращался из длительных командировок… Ой, — осеклась она и посмотрела на смутившегося Вильгельма. — Прости, я не подумала, как-то само вырвалось…

— Понимаю. Сейчас налью тебе кофе. Он подошел к кофемашине.

— Тебе капучино или…

— Латте.

Татьяна почувствовала, что настроение у него изменилось. Мужчина задумчиво отпивал из чашки глоток за глотком, ей даже показалось, слегка обжегся горячим кофе, но не заметил этого. Она корила себя за неосторожность: «Вспоминать мужа после ночи любви, когда рядом такой внимательный и влюбленный мужчина… Как опрометчиво я поступила…» Татьяна ласково дотронулась до его руки, робко посмотрела в серо-голубые глаза и произнесла: