Книга Причал её надежды, страница 45 – Ольга Маслюкова

— Женщина красива, когда ее любят. Мне с тобой очень хорошо, — вполголоса произнесла София.

Он посмотрел в ее чистые, искренние глаза и прошептал:

— Мне с тобой тоже.

Они стояли между двух высоких туй и не могли оторвать взгляд друг от друга.

— Иван! — раздался голос Стаса.

— Мы здесь, — отозвался он.

Подошли Стас с Юлей. Когда поравнялись, она взглянула на счастливого Ивана — и у нее защемило сердце. «Какой красивый. И, наверное, ласковый. Весь светится от счастья, — подумала она. — Почему мне так не везет?» Ревность болезненно ужалила в открытую рану. Юля отвела взгляд. От подавленности слова застревали в горле. Несмотря на выпитые таблетки, она почти не говорила. Стас несколько раз спрашивал, почему грустит, но ответа не дождался. Он чувствовал: с ней что-то не так, но списал все на женский неудовлетворенный характер и не стал лезть в душу.

— Иван, нужно еще заправить машину. Пора собираться, — скомандовал Стас.

— Да, пошли. Пора.

Они отправились в дом. Любовь Александровна хлопотала в столовой.

— Ребятки, вам нужно пообедать.

— Мама, мы недавно позавтракали. Сегодня завтрак был поздний.

— Ну и что? Я не отпущу Ивана в дорогу голодным.

— Любовь Александровна, я не голоден. Но, уважая вас, что-нибудь возьму с собой. Например, бутерброды.

— Вот видишь, Стас, какой у тебя воспитанный друг.

— Хорошо. Я пока переоденусь, а сухой паек мама тебе приготовит, — улыбнулся он.

— А девушки пообедают сейчас? — обратилась хозяйка к Юле и Соне.

— Ой, мы тоже не хотим. Можно через пару часиков? — спросила София.

— Конечно, можно, — доброжелательно ответила Любовь Александровна.

Юля поднялась в комнату, София осталась в гостиной с Иваном.

— У меня все собрано. Давай посидим, пока Стас собирается, — предложил он.

— С удовольствием.

София присела на диван, Иван устроился рядом.

— Можно вопрос? — спросила она.

— Да.

— Я видела на твоем плече тату — красивая буква «К». Что она значит?

— Это долгая история. У меня не хватит времени все рассказать.

— Хорошо, — согласилась София, подумав, что это, наверное, имя девушки.

— Я постараюсь встретить вас в Москве.

Раньше София обрадовалась бы, но сейчас сразу отказалась: Юле будет больно смотреть на нее счастливую.

— Нет, не нужно. Ты позвони, и мы договоримся, где встретимся.

— Как скажешь, дорогая. Но учти: я сейчас полностью уйду в работу.

— Я все понимаю. И буду ждать.

Стас бегом спустился по лестнице.

— Я готов. Прощайся. А где Юля?

— Юле нездоровится, — ответила София.

— Ладно, бывает. Не выспалась, наверное.

Иван обнял Софию, поцеловал в щеку, прошел в столовую проститься с мамой Стаса, но хозяйки там не оказалось. Все вышли на улицу. Любовь Александровна торопилась навстречу, неся в пластиковом контейнере маленькие огурчики.

— Это тебе на дорожку. Свеженькие, с теплички. Будешь хрустеть как семечки, — улыбнулась она. — А это сухой паек, — подала пакет. — И не возражай, — сразу предупредила, почувствовав, что Иван хочет отказаться.

— Спасибо!

Иван с улыбкой принял пакет, обнял Любовь Александровну, и они со Стасом направились к машине.

София стояла у дверей, смотрела вслед. Иван обернулся, помахал ей рукой и отправил воздушный поцелуй.

Прошли две недели во Владивостоке. На антидепрессантах Юля была сдержаннее, и Софии стало легче с ней общаться. Но как только действие таблеток заканчивалось, в подруге вскипали злость и ненависть ко всему вокруг. Она дерзила, насмехалась, не скрывая ревности к благополучию Софии. Та не осаживала ее — только жалела и успокаивала, мечтая поскорее вернуться в Москву, чтобы Юля начала лечение у психолога. Дальше оставаться здесь было невыносимо.