Книга Непокорная. В плену у Зверя, страница 72 – Марина Бархатова

— Посмотри на неё, Фатима! — громко визжит эта сумасшедшая, а я думаю, что ей не голову тканью нужно было повязывать, а рот в несколько слоёв закрывать. Перебудит ведь сейчас всех, — она же страшная как смерть! — чегооо?! Вот тут моё лицо вытягивается… это она сейчас серьёзно?! — Посмотри! — эта обмотанная тканью мумия машет в мою сторону рукой и продолжает верещать, — она же коротко стриженная! Что хозяин в ней нашёл?! Зачем привёз?! — истерически пищит эта… змея, а я быстро оглядываю комнату на предмет ножниц. Сейчас у тебя волос вообще не будет, мумия!

Топот ног и шум откуда то из коридора, за пределами происходящего безумия в моей комнате, всё быстрее приближаются.

Я отвлекаюсь от поиска ножниц, смотрю на дверь и с зудящим нетерпением жду продолжения представления.

Цирк-шапито, честное слово.

— Немедленно вышли обе отсюда! — низкий злой голос Аяза влетает в комнату быстрее него самого.

Обе женщины мгновенно замолкают.

— Да, вышли отсюда! — перекрещиваю руки на груди и повторяю команду, — доброй ночи, Аяз, — киваю мужчине.

Фатима тихо произносит что-то, кажется, на турецком, с силой хватает притихшую синюю блестящую мумию и они обе наконец-то покидают мою комнату.

Отлично!

— Простите, госпожа, — кланяется Аяз, выпрямляется и я замечаю, как он отводит от меня взгляд, будто бы разговаривает со стеной за моей кроватью. Чего это он не смотрит мне в глаза? — они обе будут наказаны утром, больше такого не повторится. Простите за неудобства, спокойной Вам ночи.

Мужчина выходит, так ни разу и не взглянув на меня.

Странно.

И тут в моём мозгу щёлкает.

Гарем…

Мать моя… Она сказала «гарем!»

Кипяток проливается по венам, на лбу мгновенно выступает испарина.

Не могу нормально вдохнуть.

Мысли взрывают сознание. Все нервные окончания оголяются и искры безумия болезненно разлетаются по телу.

Резко сажусь и через секунду падаю обратно на подушку.

Закрываю глаза и тихо со стоном выдыхаю:

— Гарем… чёрт возьми, Кари, ты попала в гарем!!!

Лежу. Уснуть понятное дело я уже не могу.

Ходить и заглядывать в шкафы, совесть не позволяет. Боюсь, что в таком паршивом настроении я буду шуметь и зло хлопать дверями. Как пить дать, обязательно разбужу кого-нибудь… хотя мы сегодня и так, наверно, кучу народу перебудили.

Поэтому лежу в кровати и разглядываю потолок, потом пол, потом занавешенное прозрачным тюлем окно.

И, конечно, когда первые солнечные лучи уже касаются моей подушки, я засыпаю… и резко подскакиваю, когда из окна доносится громкий бой барабанов.

Скидываю с себя льняную простынь, которой всю ночь укрывалась, и подхожу к окну. Отдёргиваю прозрачную занавеску и немного свешиваюсь на улицу, чтобы получше рассмотреть то, что там происходит.

Я успеваю вовремя.

Огромные белые ворота открываются и внутрь въезжают несколько дорогих автомобилей.

Оглядываюсь по сторонам. Эту делегацию встречают, мне кажется, все слуги и жители этого дворца. Одна я только, очевидно, всё проспала.

Чёрт, ладно.

Сильнее свешиваюсь на улицу. Понятное дело, мне жутко интересно увидеть, кто приехал к нам… в смысле, к Орхану в гости.

Машины останавливаются у входа во дворец. Слуги быстро открывают блестящие на солнце двери и из разных авто выходят несколько седовласых мужчин и одна явно очень пожилая женщина. Её за локоть поддерживает один из слуг, а другой рукой она опирается на клюку.