Книга Свадебная ночь в Париже, страница 50 – Дэни Коллинз

Он быстро ответил:

— Нет, конечно.

Он лгал. Его сердце дрогнуло, хотя он говорил твердо.

— Я не люблю ее, но могу помочь ей и навсегда закончить нашу вражду. Это необходимо, тетя.

Она всмотрелась в его глаза, и он вдруг понял, что она обо всем знает. Его сердце снова дрогнуло. Она была сестрой его матери и, возможно, ее доверенным лицом. Реми отвернулся, отказываясь подтверждать собственные знания.

— Секреты так же тяжелы, как и обиды. Тебе об этом известно. — Она сжала его руку.

Ему показалось, что у него из легких выкачали весь воздух.

— Почему ты бросил свою подружку, Реми? — спросила Ясмин, вынуждая их обоих повернуться к открытым дверям, где стояла его сестра с Иден. Ясмин была яркой и эксцентричной, на ней был блестящий брючный костюм из струящейся ткани. Локоны падали ей на плечи, а губы были накрашены золотой помадой. — Она ждет, когда ты пригласишь ее на танец.

Иден слабо улыбнулась ему:

— Я не хотела тебе мешать.

Реми извинился перед тетей и пригласил Иден на танцпол. Она напряглась в его руках.

— Ты подслушала наш разговор?

— Мне нравится твоя сестренка…

Оба замолчали. Он кивнул, приглашая ее заговорить первой.

— Мне очень понравилась Ясмин. Она такая игривая и так увлеченно рассказывает об искусстве. Она творческий гений. Твоя сестра сказала, что мода помогает заработать на хлеб с маслом, но она может сделать хлеб с маслом настоящим шедевром.

Реми заставил себя радостно улыбнуться:

— Не могу не согласиться.

— Ясмин сказала, что из-за верности искусству она недавно рассталась с парнем. Похоже, у них было все серьезно. — Иден посмотрела на него с пониманием. — Я догадалась, почему ты не решился причинить ей боль, особенно сейчас.

Он отрывисто кивнул. Ясмин была так же уязвима, как любая другая темнокожая женщина. На самом деле она ощущала себя в безопасности в их большой богатой семье, и ему не хотелось, чтобы она чувствовала, будто находится не на своем месте.

— Ты пригласишь ее на?…

— Может быть.

Один из дядюшек Реми прервал его, желая рассказать Иден о розах, отмеченных наградами. Они не заговаривали о Ясмин снова, пока не оказались на борту самолета на следующий день.

— Ты решил не приглашать Ясмин? — осторожно спросила Иден, когда их самолет взлетел.

У нее по-прежнему было тяжело на душе после того, как вчера вечером она услышала, что Реми убеждает свою тетю в том, что не любит ее.

— Я не хотел приглашать ее на вечеринке. Там слишком многолюдно. Я написал ей сегодня утром, но она наверняка задержалась вчера допоздна и все еще спит. До завтрашней свадьбы еще есть время.

По сути, они могли пожениться по прибытии и остаться на ночь, чтобы выполнить требование о проживании, но тогда у них не будет времени отдохнуть в своих апартаментах, заняться любовью и насладиться обстановкой.

Иден написала Квинн, пригласив ее присоединиться к ним на их террасе за аперитивом, а потом встала у перил, любуясь видом.

За безмятежным морем на фоне красных и золотых закатов вырисовывалась береговая линия Северной Африки. Легкий ветерок трепал ее свободное платье, у Иден было хорошее настроение.

Реми подошел к ней, на нем были только свободные, едва не спадающие с бедер джоггеры. Он уперся предплечьями в перила и согнул колено.

Иден чуть не проглотила язык при виде его неприкрытой сексуальности. Она положила руку ему на плечо и провела ею по его нагретой солнцем спине. Ей нравилось слушать, как он вздыхает, и ощущать его дрожь.