Книга Моя маленькая Надежда, страница 14 – Рина Фиори

— Блин, Скворцова, два дня здесь учишься, а уже ведёшь себя по-хамски! – выплёвывает. Бедная, хоть бы собственным ядом не отравилась.

Я поднимаюсь и складываю руки на груди. Конечно, мне всё равно приходится смотреть на девушку, задрав голову. Но сидя разговаривать ещё сложнее.

— И где я тебе нахамила? – усмехаюсь.

— Я – заместитель старосты, мне Инна Витальевна поручила помочь влиться тебе в коллектив. Возиться с тобой у меня нет ни малейшего желания, а ты ещё и выпендриваешься.

В красноречивом монологе Дианы слышатся нотки обиды, и мне даже немного совестно становится. Отчасти Штерн права, ей бы только научиться изъясняться менее язвительно.

Прежде, чем выйти из класса, прощаюсь с Мышкиной. Она пригласила меня в гости до вечера, ведь у нас очередная консультация намечается. На этот раз по русскому языку. Но мне пришлось отказаться от любезного предложения одноклассницы, потому что я уже обещала Диане.

Послушно иду вслед за Штерн, даже когда мы сворачиваем в узкий плохо освещённый коридор, в конце которого виднеется одна единственная дверь.

Библиотека. Длинные стеллажи и много-много книг. Интересно, их хоть кто-нибудь читает в наше время, когда бумагу активно вытесняют электронные носители?

Сразу подмечаю, что никого кроме нас с Дианой в помещении не видно, да и дверь Штерн ключом открывала.

— Что от меня требуется?

— Нужно проверить инвентарные номера на вот этих двух рядах, – девушка взмахом руки показывает на парочку стеллажей слева от меня.

Окидываю их взглядом: на каждой по три полки, так мы до утра возиться будем.

— Это задание нашему классу дали ещё в конце прошлого учебного года, так сказать, в счёт практики, но, увы… – разводит руками.

— Никто ничего не сделал, – подытоживаю я.

— Не то чтобы. Посмотри, здесь шесть рядов, остальные уже проверили. Но эти в основном Любка и Ко занимались, а она на прошлой неделе руку сломала. Поскользнулась, – поджимает губы.

Мы переглядываемся как бы невзначай, и по тому, как Диана старательно отводит взгляд, я делаю свои выводы по поводу болезни пока ещё незнакомой мне одноклассницы Любы. Подозреваю, там не так всё чисто.

— А Люба – это староста класса? – спрашиваю вполне очевидную вещь, ведь прекрасно слышала сегодня Инну Витальевну.

Но мне неловко находиться наедине с этой девушкой, поэтому задаю глупые вопросы. Она же открыто демонстрировала своё презрение, а сейчас разговаривает как ни в чём не бывало. И меня это настораживает, желудок сжимается от нехорошего предчувствия.

— Да, Любка Фирсова – наша староста, вооот, это тебе для разогрева, – Диана опускает внушительную стопку книг на стол и возвращается к стеллажу.

Я присаживаюсь на стул и приступаю к работе после того, как Штерн показывает мне, что нужно делать.

Проходит примерно минут тридцать, Диана тоже работает и пока молчит, даже производит впечатление вменяемого человека. Я беру следующую стопку и возвращаюсь к столу.

— Это последняя, потом я отлучусь на полчасика, сбегаю что-нибудь перекусить возьму в магазине напротив, – сообщаю своей напарнице. Или надзирательнице, я пока не поняла.

— Ой, – грустно выдыхает, – ты голодная? Прости, я не подумала, сама я придерживаюсь строгой диеты, поэтому иногда забываю, что остальные люди нуждаются в пище.