Онлайн книга «Византийский айфон»
|
«Турки», — пожал я плечами, обернувшись к императору. Я боялся надолго выпускать его меч из поля зрения. Меч был опущен, император никак не отреагировал. Он менялся на глазах: стал терять энергию, сутулиться. Глаза его потухли, лицо стало мрачным, постарело. Стало видно, что ему лет пятьдесят. «Мы в ловушке», — напомнил я, показав на уходящий вниз темный коридор с кровавой капелью. Император продолжал молчать, погружаясь в свои мысли. Если у меня и была надежда, что он знает куда идёт, и я спасусь, следуя за ним, то она исчезла. Император, как будто готовясь к смерти, сел на пол, положил рядом меч и закрыл глаза. 37 Итак, ждать спасения мне было неоткуда. Мы были в захваченном городе, нас ожидала смерть или рабство. Долго ли мы сможем отсиживаться в этом тупике? Рано или поздно Аркадий приведет турок. Один раз мне даже показалось, что я слышу плеск шагов по луже. Но никто не шёл: видимо, трудно было убедить турок бросить своих пленников и ловить беглецов в подземелье. От нечего делать я опять посмотрел в бойницу: беззаботно сидевшие турки, поднялись на ноги и, торопливо отряхиваясь, и оглядываясь, быстро ушли из поля зрения. «Турки уходят», — мне показалось, что мы можем безопасно выйти, я не задумался, о том, что за сила могла так легко прогнать разбойничающих солдат. Эта сила не заставила себя ждать — запертая дверь дернулась и, после нескольких негромких фраз на турецком, затряслась под чьими-то ударами. Удары становились слаженнее и мощнее, дверь должна была вот-вот рухнуть. Император вновь ожил и вскочил с мечом в руках. Вдруг удары прекратились, гнусавый голос приказал что-то по-турецки. Шум у двери затих, послышались удаляющиеся шаги. Я осознал, что в течение этих долгих секунд я стоял, вжавшись спиной в стену и поджав живот. Император по-товарищески улыбнулся мне. Впервые, он внимательно посмотрел на меня. «Ты странно одет. Откуда ты?» — спросил он. «Я русский, — повторил я. — я из России, из Москвы» «Ты похож на боярина. Ты посол моего брата?… — тут Император сделал видимое усилие, пытаясь вспомнить. — …посол моего брата Granduca Василия?» Я не помнил, царя с таким именем, но зато вспомнил обидный анекдот про посла Вышату. «Я не посол, я простой человек, художник», — гордо ответил я. Снаружи раздались голоса — император подскочил к бойнице и жадно выглянул в неё. Голоса затихли. «Giannizzero», — произнёс император, припав к окну. Оторвавшись, он продолжил расспрашивать: «Давно ты приехал в Констатинополь?» «Вчера», — честно ответил я. «Вчера?! Но как ты проник в город? На «San Marco»?» — он подумал, что я приплыл на вчерашней венецианской галере. Что ж, зачем мне было скрывать!? Понимая, какой ящик Пандоры открываю, я торжественно объявил, что перенесся из далекого будущего (trasferito dal futuro). Сначала, император пропустил эти слова мимо ушей, потом переспросил. Наконец, он насмешливо посмотрел на меня: «Из далёкого будущего? Но как же Конец Света, Страшный суд!?» Император сделался очень серьёзен и потребовал, чтобы я поклялся хранить в тайне, то что он сейчас мне расскажет. Волнуясь, я поклялся: сейчас он откроет план спасения правящей верхушки, я не умру! «Открою тебе тайну, — смотря мне в глаза, сказал он. — Через 71 год будет потоп, всё живое исчезнет. Парижские евреи рассчитали и сообщили Папе год потопа. Епископ Леонард сообщил мне это. Это государственная тайна» |