Книга Византийский айфон, страница 15 – Дмитрий Шерстенников

И это было всё, чего я добился, ради чего искал Аркадия, ради чего оказался здесь? Я так растерялся, что чуть было ни попрощался и не ушел, но тут я вспомнил, что Аркадий — моя единственная надежда на спасение.

Но и Аркадию что-то мешало просто повернуться ко мне спиной. Он добродушно продолжил: «Силы у меня уже не те. А я, видишь, все тяну и тяну, как вол. А кому дела передать? Собственный-то сын у меня балбес, — продолжал спокойно рассуждать Аркадий, — А Марка я любил. Вы с Марком, кстати, чем-то похожи».

Как странно, подумал я: всё рушилось, ему надо было спасаться, куда-то нестись в своей повозке, а он спокойно сидел за столом, не спеша, намеками обещал сделать меня наследником своего бизнеса.

— Вы можете вернуть меня в будущее? — вырвалось у меня. Золото поблескивало на столе, я вспомнил рассказ Шарманта о жадности Аркадия.

Аркадий скользнул взглядом по золоту и айфону и, не спеша, спросил:

— Как ты нашел меня?

Я рассказал про встречу с Шармантом. Аркадий сказал со спокойной злостью:

— Шармант жулик. Я его спас от бандитов, а он обокрал меня.

— Вы поможете мне выбраться? — настаивал я.

— Никогда не доверяй маврам, — Он ни в какую не хотел говорить о спасении.

— Возьмете меня с собой в будущее? Или на корабль?

— Я не волшебник, — в его голосе вдруг прорвалось раздражение.

Я сложил золото и айфон в пакет и убрал в карман. Опять что-то мелькнуло в его взгляде.

— Конечно, если ты вернешь мне мои вещи, — взвесив, сказал Аркадий, — будет справедливо, если я возьму тебя на корабль в Венецию.

— Возьмёте?

— Почему бы нет.

— Клянётесь?

— Я же сказал.

Я потянулся отдать ему злополучный пакет. Вдруг — внизу на лестнице забухали шаги. Турки?!

Аркадий оставался спокоен. И действительно, вместо турок в комнату ввалился седой мужчина лет 45 с одутловатым багровым лицом.

«Поздно!» — тяжело дыша, проговорил он, и грузно повалился на лавку. Немного отдышавшись, он договорил: «Поздно уезжать».

«Ахарон, тафсик ихиканес ипаник!» — зло прикрикнул на мужчину Аркадий и пояснил мне: «Это мой сын, я зову его по-русски: «Сашка»».

Сашка всё еще не мог отдышаться. Он сидел согнувшись и вытирал пот, отупело смотря перед собой. Аркадий резким голосом проговорил ещё что-то на иврите. Сашка начал говорит, всё больше волнуясь:

«Я из Юлиановой гавани. Принц Орхан разбит, турки высадились в гавани, они повсюду, на всех башнях османские флаги. Я видел, как отрубают головы». Сашка стал говорить на иврите, повышая голос. Аркадий перебил его, отец и сын стали остервенело ругаться. Верх взял Аркадий, его голос зазвучал властно.

Сашка перестал возражать. Он вытащил из кармана какую-то маленькую красную тряпочку и протянул её отцу: «Такие флажки турки вешают на домах, которые уже ограблены. Может быть, повесить на наш?»

Аркадий рассмотрел флажок и, обращаясь ко мне, спокойно сказал: «Тебе сейчас нельзя уходить — на улице опасно. Выпейте с Сашкой. К вечеру османы успокоятся, тогда посмотрим». И Аркадий торопливо ушел с флажком, оставив нас с Сашкой наедине.

Сашка, с нервной бодростью алкоголика, быстро достал тяжёлую бутыль с чем-то, по виду, навроде водки. Быстро достал серебряную рюмку, невесело посмотрел на меня и достал еще одну. Глядя на то, как Сашка подчиняется отцу, я почувствовал себя в западне. Но какой русский откажется решить проблемы выпивкой? Да, я и не представлял, что мне теперь делать. Пакет Марка остался у меня. Впрочем, про него, кажется, все забыли.