Книга Психология лузера, страница 43 – Игорь Ковров

Самым забавным нюансом кинопросмотра станет обычное внимание сюжету ровно как и искреннее удивление его окончанию. Совсем не зря это интересное место называли в народе фестивальным, так как с момента основания количество зал в нём заметно увеличилось.

На выходе можно легко приобрести за разумную денежку игрушку героя комиксов, с которым легко сравнить кого-нибудь из ближнего круга в качестве подарка на праздник. И лишь позже, в уюте стеклянных окон соседнего итальянского кафе согреваться тёплым глитвейном и смотреть на букеты кленовых листьев.

Мокрые берёзовые и кленовые листья с тихим звуком ложились на мокрое ветровое стекло кроссовера. Пруспевающий мужчина в самом расцвете сил вспоминал лучшие моменты псовой роли рулевого из сказки Стивенсона, которая продолжалась на всём протяжении успешного функционирования его среднего бизнеса. Дождь всё не прекращался, капли стучали по гладкому капоту изо всех сил.

На самом деле исполнительный директор в душе лукавил, когда утверждал в беседе за утренней чашкой эспрессо о своих музыкальных вкусовых предпочтениях. Он не мог взять в толк, что появилось раньше: джаз или сеть популярных закусочных. Причём его гладкая песочная куртка на заднем сиденье явно указывала о принадлежности к спортивному образу жизни.

Да ну их, эти костюмы: извольте сотруднику уровнем звена выше среднего не носить каждый день галстук.

Каждое промозглое утро его ждало прямое включение по радио, и это тревожное ощущение рулевой железного воздухоплавательного корабля на четырёх колёсах ещё не был способен разделить с собственной ячейкой общества. Надо бы взяться за телефон. За какой из двух?

Парктроники могут запищать намного громче любой полифонии. Да и сейчас на его панели приборов есть точно такой же навигатор, чем не стоит гнушаться даже при сипользовании мобильного с зарядкой аккумулятора от прикуривателя.

Связи может и не быть, да и не в тайге он вовсе.

Позвонить на радио для Германа было пару пустяков. Не сказать, что он общался с ведущими эфиров нон-стоп с глазу на глаз, однако частые звонки его обычно случались во время рекламных пауз. Даже не стоит включать ксеноновые фары: в его просторном автокорабле, плывущем прямо по курсу, можно было запросто свести всё освещение на габаритные огни переднего и заднего бампера.

Герман не мог релаксировать под радиоэфиры. Более того, ему хотелось полностью быть спокойным во время езды на полном приводе, но при этом не плыть по течению. Вряд ли пара умиротворяющих кросс-культурных шуток разряжала обстановку тем дождливым вечером. Рулевой прекрасно знал, что значит навык хорошо провести ночной эфир, и был готов услышать самый неожиданный музыкальный подарок из заготовленных хитрым замаскированным ведущим, сидячи на радиоточке.

— Вы хотите пати?

— Нафиг…

— Вас понял, шеф. Они даже не подозревают, чего их ждёт. Включаюсь.

Германа с персоналом радиостанции роднила одна простая истина: никто из них не прощался, искренне делая по-английски скабрезный вид лица. Именно так ежедневная программа ночного вещания держала под контролем международные часовые пояса, столичные иностранные посольства и даже сетевой способ настройки нужной частоты. Исполнительный директор знал, как надо докричаться до граждан Гваделупы или печальных жителей Уругвая: мог бы сам избрать для себя зарубежную стратегию расширения журналистского бизнеса, только лень… Нет, совсем не этому его учили на факультете журналистики напротив Манежной площади.