Книга Ведьма из зазеркалья, страница 52 – Наталья Ник

Ольга грустно вздохнула, сжала кулачки и произнесла детскую считалку, которая всегда помогала ей набраться решительности:

— Вышел месяц из тумана,

Вынул ножик из кармана:

Буду резать, буду бить,

Всё равно тебе водить.

Она еще раз глубоко вздохнула и вышла из ванной. На кухне Кирилл ждал её за накрытым столом.

— Чай будешь? — спросил он.

— Угу. — Ольга присела на табуретку, взяла бутерброд. Она не решалась поднять глаза. С чего бы начать? — Спасибо тебе. Что приехал. Не знаю, что на меня нашло.

— Да ладно. Бывает. — Кирилл подал Ольге чашку чая.

Ольга изо всех сил старалась почувствовать вину. Ну, ведь она виновата? Но вины, почему-то не было. Она не помнила, как напилась (и напилась ли), не помнила, как попала в тот клуб, но зато помнила какое-то чувство невероятного счастья и эйфории. Будто это происходило во сне. Ольга вспоминала и не могла вспомнить. Она злилась от того, что хотела вновь испытать те чувства и не могла.

Она как будто вчера вечером была свободна: от условностей и норм, соседок возле подъезда и материнского пригляда, от рамок, которые установила сама себе.

В общем, хотя голова у неё и болела, вечер явно удался.

— Ты не сердишься?

— Неа. Хотя конечно я такого от тебя мать, не ожидал.

— Сама от себя ошалела. — она размешивала в чашке сахар.

— Ты как по городу то моталась? Я за тобой не успевал.

— Не помню. Какие-то образы мелькают. А так не помню ничего.

— Да, дела. Как голова?

— Лучше, чем могло бы быть. Болит.

— Какие планы?

— Сегодня же суббота? В магазин пойду. За продуктами. Потом буду батониться на диване. — Ольга пила крепкий чай. Бутерброд в неё не полез.

— Хочешь, с тобой схожу? Сумки донесу.

Ольга не ожидала такого поворота, но обрадовалась.

— Если тебе не сложно. — Она улыбнулась и кивнула.

— Мы в ответе за тех, кого приручили. А то мало ли куда ты опять влипнешь.

Ольга смущённо уткнулась в чашку.

Она быстренько переоделась, собрала почти высохшие волосы в высокий хвост и схватила большую магазинную сумку:

— Я готова. Идём.

Они спустились по лестнице и вышли на улицу. На лавочке перед подъездом сидела Вероника Петровна, толстая старуха со второго этажа. Зловредная бабка и жуткая сплетница.

— Здравствуйте Вероника Петровна. — натянуто улыбнулась Ольга.

— Зссте. — сквозь зубы прошипела бабка. — У тебя что, новый жилец? — кивнула она на Кирилла.

— Нет, что вы. Это приятель. — оправдывалась Оля.

— С утра пораньше? А мать то знает? — не унималась соседка.

— А вам то что? — не удержалась Ольга. Обычно она не дерзила бабушкам, да и вообще ни кому не хамила и старалась сглаживать конфликты, но после вчерашнего в неё будто черт вселился и подзуживал на всякие пакости.

— Да нет, ничего. Так. Просто интересно стоит ли участкового проинформировать или еще рано. А то мало ли, человек без прописки.

В этот момент на скамейку запрыгнул огромный черный кот, зашипел, выгнул спину, распушился и утробно зарычал, выпустив когти. Он угрожающе наклонил голову в сторону бабки.

— Брысь отсюда! Ой, бешенное животное, — Вероника Петровна резво соскочила со скамейки, — куда санэпидстанция смотрит! Надо жалобу написать.

Кот зарычал еще громче, недвусмысленно наступая на старуху. Та, ругая милицию, погоду и медицину скрылась в подъезде.