Книга Развод. Нас не вернуть, страница 28 – Эмилия Росси

— Прости, Ася. Ты не должна была узнать это так скоро, я хотела поберечь свои чувства, но жизнь идет, а я не молодею, – сказала она и опустила глаза в пол. – Но то, что говорит Станислав Львович, чистая правда. Я не могла смириться с потерей твоего отца, и мне было так плохо. Я всю жизнь думала, что я сильная сама по себе, но нет. Я была сильной только благодаря твоему отцу. Когда его не стало, я почти опустила руки, но тут в моей жизни появился Станислав и вытащил меня из депрессии и апатии, и я снова захотела жить. Я тоже люблю его, Ася. Может, это и не правильно всё, но сердцу не прикажешь. Я влюбилась в него так же сильно, как и он, но мне, в отличие от него, понадобилось время. Твой отец был бы рад, если бы знал, что я снова счастлива и не живу прошлым.

— Мне надо подумать, – всё, что я смогла выдавить из себя.

Мне было так плохо, что слезы сами катились по щекам против моей воли.

Я выбежала из дома, когда эмоции взяли верх. Не могла я поверить в происходящее. Никак не могла. Дочка радостно качалась на качели, и я выбежала за угол дома, чтобы она не увидела моих слез. Из-за глухих рыданий не сразу осознала, что мой телефон просто разрывается от многочисленных звонков. А когда увидела абонента, то оцепенела.

Лидия Павловна. Свекровь. Бывшая.

— Станислав с твоей матерью? Такая же потаскушка, как и ты. Передай ей, что жизни ей я не дам! – рявкнула она сразу, как только я приняла вызов. – Пусть смотрит по сторонам, гадина! Всю вашу семейку удавлю!

Артем

Мать ревела уже который день после разговора с отцом. Выносила мне на пару с Кариной мозг, хотя последняя больше жаловалась на то, что ей приходится выслушивать жалобы моей матери, а ей, дескать, нельзя нервничать во время беременности.

— Вдруг инвалид родится или урод какой, – капризно сказала она мне в очередное утро. – Так что угомони мать или отправь ее в санаторий, если не хочешь, чтобы наследник у тебя бракованный родился.

— Ты мне условия тут ставить собралась?

Я иронично взглянул на Карину, не собираясь потакать ее глупостям. Мы сидели в столовой. Я во главе, она – справа от меня. Это было место матери, но она отказывалась спускаться вниз и требовала еду к себе в комнату.

— Не условия, Темочка, – почувствовала тревогу Карина и заискивающе заулыбалась, даже погладила меня по сжатому кулаку, который лежал на столе. – Просто я забочусь о нашем сыночке. Ты ведь хочешь, чтобы он родился здоровеньким?

— Допустим, да.

Я видел ее насквозь. Знал, к чему она клонит, и ждал, когда скажет о наболевшем вслух.

От моих флегматично произнесенных слов она побагровела, но быстро взяла себя в руки, снова растягивая губы в соблазнительной улыбке.

Вот только меня ее ужимки не трогали. Любви между нами не было, и я никогда этого не скрывал. Не забеременей она, наши отношения остались бы лишь мимолетным увлечением. И то, я даже так наш перепихон на пьяную голову назвать не могу. Она вешалась на меня с заядлым упорством, раздражая меня на рабочем месте, но как сексуальный объект я ее не рассматривал. У меня была семья, которая была для меня на первом месте. Помню, когда узнал, что Ася ведет двойную жизнь и отсылает какой-то женщине деньги, сначала подумал, что это какая-то дальняя родственница. А когда Макс нарыл информацию, что та девушка воспитывает дочь, как раз родившуюся через девять месяцев после ее расставания с Родионом Вознесенским, всё в моей голове встало на свои места. Не думал, что Ася способна была вести двойную жизнь, но именно в тот день меня от нее отвратило. Она столько лет врала мне, ни разу не упомянула, что рожала, а я, полный идиот, так верил ей, что даже не проверял досконально ее прошлое. Дурак.