Книга Смертельная боль, страница 191 – Андреас Грубер

Датчанин начал подниматься, а Снейдер снова попытался подтянуться, держась за поручень. И тут он заметил выдвижную бельевую леску, которая торчала из стены наверху и которую можно было натянуть через душевую кабину.

Он рывком схватил ее и вытянул из катушки. Датчанин почти выбрался из каюты, когда Снейдер накинул ему сзади леску на шею и затянул что было сил. Оба повалились на спину обратно в каюту, но Снейдер не отпускал леску, затягивая все сильнее и сильнее, пока она не впилась ему в ладони.

Задыхаясь, датчанин отчаянно размахивал руками, но его кулаки попадали лишь по плитке и пластиковой раме душа. Стиснув зубы и собрав последние силы, Снейдер так сильно натянул леску, что ему показалось, будто он услышал, как хрустнул кадык датчанина. Через какое-то время удары ослабели, затем утихла дрожь в ногах и, наконец, хрипы. Все продолжалось, наверное, минуты две, но Снейдеру это показалось вечностью.

Наконец он ослабил хватку и выпустил леску из своих окровавленных ладоней. Он не знал, что горело больше — его бедро или порезанные руки. Датчанин больше не двигался. На мгновение Снейдер затаил дыхание и прислушался. Ни звука. Он осторожно нащупал пальцами сонную артерию датчанина, но пульса уже не было.

Ситуация дерьмовая!

Датчанин был нужен ему живым. Хотя бы на минуту, чтобы задать несколько вопросов. Где документы? Кто источник утечки в БКА? И что было еще хуже: теперь он упустил шанс узнать, кто стоял за нападением на Кшиштофа, убийством Хоровица и похищением Тины.

Снейдер оттолкнул от себя тело датчанина и попытался сесть. Тут же у него потемнело в глазах и закружилась голова. «Потеря крови!» Он осторожно ощупал рану на бедре. Пальто, рубашка и брюки были скользкими и мокрыми. Душевая походила на бойню. Кровь повсюду. Дрожащей рукой Снейдер схватил банное полотенце и прижал его к ране. «Держись! Еще час, и мы будем в порту Калининграда».

Другой рукой он достал телефон и попытался написать сообщение, но экран был грязный, а его пальцы дрожали. Наконец ему удалось написать более или менее вразумительное сообщение Сабине: «Я в кюте каптана, нжна помщь!»

— Дьявол! — прорычал он после того, как отправил сообщение. Затем выполз из ванной на трясущихся коленях. К счастью, дверь каюты была закрыта.

Оставалось только надеяться, что никто из экипажа не заметил драки. Тяжело дыша, он дотащился до дивана, чтобы достать пистолет, а затем направился к столу. В глазах снова потемнело, и ему пришлось опуститься на пол.

Тем временем его правая нога онемела, и он больше не чувствовал пальцев. Свободной рукой Снейдер порылся наверху в ящике, схватил папку и вытащил ее. При этом она раскрылась, и листки разлетелись по полу.

Снейдер в смятении уставился на бумаги. «Никаких документов БКА или БНД». Просто длинный список номерных знаков и российских телефонов.

Через десять минут дверь открылась и в проеме показались каштановые волосы Сабины. Когда она увидела Снейдера, ее глаза округлились. Он лежал на диване и опустил руку с пистолетом, которым целился в нее — чуть не нажал на спусковой крючок.

— Ради всего святого, что здесь произошло? — В ужасе она заглянула в ванную, где увидела датчанина. — Он мертв?

— Время от времени эволюции приходится кого-то отсеивать, — сухо сказал Снейдер.