Книга Смертельная боль, страница 178 – Андреас Грубер

В отличие от других грузовых судов «Скагеррак» не был исключительно контейнеровозом, а имел большой откидной люк, как у больших паромов, которые могли брать на борт в том числе и грузовики. Сабина снова задумалась, что же представляла собой контрабанда, находившаяся на борту наряду с металлоломом и промышленными отходами, — и ей пришла в голову мысль, что «Скагеррак» мог быть одной из причин, почему полиция сюда не заезжала. Судя по всему, власти всегда закрывали глаза, когда судно Хокона загружалось и отправлялось в плавание.

Сабина застегнула анорак повыше и подышала в ладони, потому что с моря дул холодный ветер.

— Сколько времени понадобится такому судну, чтобы доплыть до Калининграда?

— У меня что, присоска на лбу и я похож на навигатор? — прорычал Снейдер.

«Ого, он в плохом настроении». Сабина посмотрела на Кору.

— Когда оно идет быстро, то делает около двадцати узлов, — ответила та.

— Тогда для расстояния чуть более тысячи километров ему потребуется примерно, — Сабина подсчитала в уме, — двадцать семь часов. Это значит, что судно прибудет в Россию завтра около полуночи.

Кора надвинула кепку еще ниже на лицо.

— Почему нас это вообще волнует? Какая нам разница, возит Хокон контрабанду или нет? Пусть этим занимаются соответствующие немецкие, норвежские или российские органы.

Снейдер смотрел на судно и не торопился с ответом.

— Вы знаете, сколько времени потребуется органам в рамках такого международного сотрудничества, чтобы получить ордер на обыск судна в нейтральных водах?

Кора пожала плечами:

— Сколько?

— Очень много!

— И поэтому мы поднимемся на борт? — нерешительно спросила Кора, видимо все еще не до конца понимая, что задумал Снейдер.

Сабина же давно поняла, что Снейдер хочет попасть на это судно любой ценой. Несмотря на все риски. Потому что если его обнаружат, то, скорее всего, выбросят за борт в открытое море. А если нет, то мысль о том, чтобы завтра вечером внезапно оказаться в России, тоже не особо радовала.

— История с контрабандой — второстепенный вопрос, — пробормотал он. — Гораздо интереснее то, что из-за убийства Катарины фон Тун это будет последняя сделка по передаче данных.

— Если ваша теория насчет крота вообще верна, — отметила Кора.

Но Снейдер не сомневался.

— Если это критически важные материалы и они попадут не в те руки…

— Кто сказал, что они критически важные? — перебила его Кора.

— Мы не пригородные копы, — резко ответил Снейдер. — БКА расследует деятельность контрабандистов, террористов, педофильских группировок, торговцев оружием, принудительную проституцию и организованную на международном уровне торговлю фальшивыми деньгами и наркотиками. Эта утечка может саботировать дальнейшие операции, рейды, прослушивание телефонных разговоров и запланированное вмешательство БКА и БНД… и привести к гибели невинных людей, полицейских и коллег. Не только наших, но и ваших тоже!

С горьким чувством Сабина подумала о Шёнфельде, который недавно погиб в результате неудачной операции спецназа. Его смерть также могла стать прямым следствием этой утечки данных.

— Значит, вы хотите предотвратить передачу в Калининграде? — спросила Кора.

— Благодаря своему географическому положению Калининград является идеальным перевалочным пунктом для незаконно полученной информации. Я хочу изъять документы, прежде чем они попадут на аукцион.