Книга Смертельный след, страница 69 – Андреас Грубер

Снейдер не получил ответа, но лица троих полицейских были для него достаточным доказательством.

— Vervloekter klootzak, rotvent, rotzak!^[15] – закричал он и ногой оттолкнул стол так, что тот с грохотом пролетел через все помещение и врезался в противоположную стену.

После этого в комнате воцарилась тишина.

Снейдер глубоко вздохнул.

— Может быть, мы… попробуем его реанимировать? – робко предложила женщина полицейская.

— Да, попробуйте. Удачи! – крикнул Снейдер. – У него был кардиостимулятор.

— Успокойтесь, Снейдер, – сдержанно сказал Дромайер. Ему, похоже, было легче смириться с новой ситуацией. – Не секрет, что террористы используют собственное тело как оружие.

Снейдер замер. Он еще не думал о самоубийстве с этой стороны. Но тут до него дошло, к чему клонил Дромайер.

— Теперь у нас есть мученик, который покончил с собой в тюрьме. Идеально, чтобы возродить миф о РАФ.

Дромайер кивнул.

— Именно. Мы обязаны не допустить, чтобы Анна Бишофф и Пауль Конрад стали культовыми фигурами. Как только они назовут свои следующие отряды в честь погибших товарищей, возникнет настоящий культ мучеников, а число сочувствующих вырастет до тысяч…

— И мы поможем этой новой РАФ обрести бессмертие.

— РАФ? – произнес полицейский постарше хриплым голосом.

Дромайер повернулся к полицейским:

— Полная информационная блокада, понятно? Это касается и вас! Ни слова никому.

Полицейские кивнули. Все-таки они понимали, кто с ними говорит.

— Мы все провалили, – разочарованно сказал Снейдер. – Конрад и его дочь мертвы, и у нас больше нет шансов получить какую-либо информацию.

Дромайер задумчиво провел рукой по длинному шраму на виске, глядя на тело Конрада.

— Нет, Снейдер, есть еще одна возможность… Самолет все еще на аэродроме?

— Да, уже больше сорока пяти минут, – ответил Снейдер с неприятным ощущением предчувствуя, к чему клонит Дромайер. – А что?

Дромайер понизил голос:

— Вы должны полететь на Майорку вместо Конрада.

Пока Снейдер и Дромайер шли в переговорную таможенной службы, где находился чемодан Конрада, Снейдер прокручивал в голове все произошедшее. Как ни крути, вся эта история ему категорически не нравилась. Мысль о том, что он должен примерить на себя личность Конрада, казалась ему абсолютно безумной. Прежде всего потому, что они понятия не имели, во что ввязываются. Во что он ввязывается.

Дромайер взглянул на раскрытый чемодан Конрада.

— Какие бы контраргументы вы сейчас ни приводили, – сразу лишил он Снейдера почвы под ногами, – я понимаю, что это рискованно. Но это наш единственный шанс.

— Знаю. – Снейдер вытряхнул сигарету из пачки и прикурил. – Но в прошлый раз, когда президент БКА отправил меня в спешно организованную командировку, половина моей команды погибла.

— Это риск, который неизбежен в нашей работе.

«Да, я знаю». Снейдер кивнул. Он был последним, кто настаивал на строгом соблюдении правил, – но что он ненавидел, так это поспешно разработанные и непродуманные до конца планы. Особенно когда речь шла о терроризме и жизнях множества людей.

— Йон Эйса поддерживает нас в этом? – спросил он.

— Вряд ли, – признал Дромайер. – Он бы немедленно выступил против такой операции.

— Но для этого ему сначала нужно о ней узнать… – заметил Снейдер.

— Именно. Но об этом можете не беспокоиться. Во-первых, он вместе с Евой Марквардт до конца недели находится на международной конференции по безопасности в Гааге. Во-вторых, он всего лишь мой заместитель, а мои приказы подлежат исполнению.