Книга Обещание на крови, страница 135 – Лиз Мистри

Возможно, когда Саймон вырос, его одержимость смертью и религией соткала полотно его жизни.

Уверенная в своей правоте, Куини в последний раз пробежалась по образам, что держала в голове, и кивнула. Спрятанное среди безделушек на полках Элсбет Тейт, стояло богато украшенное деревянное распятие – единственный религиозный артефакт во всем доме. Из-под прилавка магазина Мэта Фрейзера выглядывали разбросанные, словно кто-то разорвал нить, четки. За телевизором Френсиса и Эллен Гиллис висел в рамке лист дерева бодхи, который, как знала Куини, является в буддизме символом просветления. Под вазу с фруктами на столе в доме Джеда Полларда была воткнута пластинка с ярко раскрашенными отпечатками ног. Куини видела похожее украшение на стене в кухне Джеззи: каждая подошва расписана своим индуистским символом.

Поиск в интернете подсказал Куини, что это символ процветания, относящийся к богине Лакшми. Неподписанная открытка с изображением Ватикана, приколотая веселым магнитом в виде шотландской волынки, теперь казалась неуместной среди списков покупок, графика уборки и потертого рецепта шоколадных кексов в доме Делейни-Смитов. В доме Кларков убийца оставил пухлого жизнерадостного будду, спрятав его за стоящим на подоконнике горшком с алоэ вера так, что его доброжелательные глаза наблюдали весь ужас развернувшейся в доме бойни. И последнее – деталь в офисе Кларисы Кэмерон, которую легко было не заметить. Налепленная на окно посреди мигающих рождественских лампочек наклейка с изображением ихтиса – рыбы Христовой. Заключения экспертов по этим предметам будут даны заново, а свидетели – опрошены вновь, и утверждение Куини, что все они были принесены в дома жертв извне, подтвердится. Убийца расставлял точки и словно убеждался, что в случае каждой жертвы правосудие восторжествует.

Прилив адреналина прошел, и Куини почувствовала, что обессилена. Она посидела минуту, восстанавливая связь с настоящим моментом, мысленно закрыла папки с делами жертв и отправила их в нужные ментальные хранилища. А потом, словно для того, чтобы покрепче их там запечатать, вставила наушники, выбрала трек и с закрытыми глазами глубоко и размеренно задышала в такт накатывающим на берег волнам, позволив яду, испитому за последние полчаса, улетучиться из ее тела. Когда она почувствовала себя лучше – и ментально, и физически, – она взяла мобильный и набрала номер Джеззи.

— Я нашла связь. Нам просто нужно сопоставить все вместе. Но проверь, откуда взялся снежный шар. Он был важен не только для нее, но и для убийцы тоже.

— И? – коротко спросила Куини и обвиняющим взглядом посмотрела на Джеззи, которая только успела протиснуть длинные ноги на пассажирское сиденье, не говоря уж о том, чтобы захлопнуть за собой дверь.

Под предлогом того, что она расстегивает куртку и поудобнее устраивается в жарко натопленном автомобиле, Джеззи минуту помолчала, разглядывая напарницу. Куини невидящим взором вперилась в ветровое стекло, постукивая пальцами по рулевому колесу и дергая ногой в такт, словно пыталась выплеснуть накопившуюся в теле лишнюю энергию. Даже повернувшись в профиль, она излучала почти ощутимое напряжение. Губы сжаты, морщинки и бороздки вокруг рта – приметы пережитых несчастий – были словно высечены водой и раскаленной лавой. Те же морщинки и бороздки пролегли от уголков глаз и на лбу, а поникшие волосы казались обессилевшими. Если бы Джеззи могла расслабить напряженную верхнюю часть тела, ее плечи повисли бы точно так же.