Книга Обещание на крови, страница 116 – Лиз Мистри

В горле щипало, словно она сделала глоток кислоты. И хотя это была их первая весомая зацепка, доказывающая, что их теория была верна и они нашли точку отсчета для продолжения расследования, это не избавило ее от острого чувства вины. Она стала катализатором этих преступлений. Она и близнецы были в ответе за цепочку событий, начавшуюся еще в Инвернессе, уходящую в Найрин и хорошо бы закончившуюся в Фолдхаусе.

Но Куини, вжившись в роль адвоката дьявола, нахмурилась.

— Ты не можешь быть уверена, ДжейЗи. Это может быть совпадение. Три случайных признака еще не доказательство. Я имею в виду, что на месте преступления не хватает больше, чем присутствует. Где порезы на коже, лепестки, кухонные предметы, фасоль, жуткие послания? Ничего этого здесь нет. Мы все еще пытаемся сложить единую картину.

Джеззи вскочила на ноги.

— Слишком много совпадений. Ты это знаешь. К тому же, если это было его первое убийство, мы не ждем, чтобы он включил в него все элементы, которые потом представил в убийстве Кларков, разве нет? В самом начале он развивался, пытался улучшить… – она хотела подыскать подходящее слово и в итоге сказала: – мастерство, если угодно. Но и без этого здесь много индикаторов, которые мы не можем игнорировать. – Она мерила шагами комнату, загибая пальцы, и слова ее становились все тверже, а голос – выше с каждым пунктом перечисления: – Первое, когда это случилось, мы жили в Инвернессе. Второе, Наоми удочерили, когда ей было шесть, – Мхаири было шесть, когда она попала в приютскую систему и, возможно, была удочерена. Логично, что ее удочерил кто-то живший поблизости и она была настолько мала, что запросто приняла смену имени. Третье, приемная мать Наоми была убита в шестнадцатый день рождения дочери. Четвертое, тело притащили в спальню. Пятое, бельевая прищепка…

— И что ты хочешь сказать? Что Наоми Тейт и есть твоя сводная сестра? – воскликнула Куини.

Джеззи провела рукой по волосам.

— Да… нет… Я не знаю. Просто не знаю.

— Ладно, ладно. – Так же, как и молчаливые Джанин, Эллиот и Фентон, Джорди внимательно их слушал, но теперь он встрял в перепалку двух раззадоренных женщин. Расставив руки, словно пытаясь развести напарниц, он дал им минутку успокоиться. И когда он наконец заговорил, его слова звучали крайне настойчиво: – Нам нужно принять во внимание две вещи. Мы прекрасно понимаем, что ты, Куини, хочешь защитить Джеззи, и что ты, Джезз, слишком сильно вовлечена в происходящее. – Он повернулся к Куини, выдержав ее пристальный взгляд. – И это значит, что ты должна вести себя как детектив, а не как подруга. Ты не можешь ее защитить, Куини. Это ужасно, но Джеззи справится гораздо лучше, если мы уважим ее право пережить все это дерьмо без посторонней помощи. Знаешь, в первые три месяца, когда я только начал здесь работать, я едва мог посмотреть на нее, не обделавшись. Так что она точно не тот человек, которому нужна нянька. Согласна?

Куини залилась румянцем, но кивнула. Скрестив руки на груди и нахмурившись, Джеззи воззрилась на напарницу, но Джорди еще не закончил. Он развернулся и посмотрел Джеззи в глаза.

— А ты должна позволить нам ставить твои интуитивные догадки под вопрос. Это значит, что мы можем усомниться в некоторых твоих выводах, дабы быть уверенными, что они не продиктованы чувством вины и личной вовлеченностью.