Книга Истинная. Право первой ночи, страница 27 – Мария Ерова

И снова — его губы, его руки, его проклятые обещания сделали своё дело. А утром, когда первые лучи солнца пробились сквозь плотно сомкнутые шторы, Тауруса уже не было.

Лишь смятая простыня да терпкий запах его кожи на моей напоминали о том, что это был не сон. Странно, но я даже утреннюю тошноту перестала испытывать, когда мы с Таурусом были вместе.

Я прижала руки к животу и закрыла глаза.

Ребенок.

Его ребенок с каждой секундой рос там, внутри моего чрева. И сейчас эта мысль доставляла мне только радость.

Ближе к обеду вернулся Фредерик. Он силился улыбаться, но я видела лишь бесконечную усталость в его глазах, он клевал носом и был вымотан дорогой.

Я встретила его внизу в прихожей, предварительно приказав главной кухарке приготовить праздничный обед. Но глядя сейчас на своего уставшего мужа, я не думала, что это было хорошей идеей.

Едва он вошёл, как обнял меня и поцеловал. От его одежды и волос пахло пылью дорог и несвежим бельём. Мне сделалось неприятно, но я постаралась не подавать вида. За те две недели, что его не было, он казался мне и вовсе чужим, словно мы не были с ним знакомы с самого детства. У меня даже появилось подозрение, что Фредерик резко повзрослел в моральном плане, в отличие от меня, его неверной инфантильной супруги.

Когда он привёл себя в порядок, то мы всё же вместе приступили к трапезе, хотя по большей части оба молчали. Мне всё казалось, что он уже знает о моей измене и каждую секунду ждала подвоха. Но, похоже, Фредерик даже предположить не мог, что его жена, с которой они едва поженились, была на такое способна.

— Не стоило так себя загонять, — как можно более участливо сказала я, отправляя в рот очередную маслину с блюдца, что казалась мне сейчас просто безвкусной, впрочем, как и вся другая еда.

— Просто я хочу, чтобы мы ни в чём не нуждались, дорогая, — с усталой улыбкой сообщил мой супруг. — Чтобы ты ни в чём не нуждалась. А для этого я должен много работать.

Мне в очередной раз сделалось совестно, но с этим я тоже ничего не могла поделать. Я любила и хотела другого, и моё сердце не спрашивало меня, хорошо это или плохо. Оно просто тянулось к дракону, о котором я до сих пор знала столь же мало, как и в начале нашего знакомства. Конечно, ночью, когда он пробирался в мою спальню, нам было не до разговоров. Ненасытная звериная натура Тауруса требовала физической любви, хотя я знала, что любит он меня не только в постели. Но сочетание этих двух компонентов — любви и страсти, даже сейчас, будучи за столом с мужем, заставляло меня закусывать нижнюю губу в предвкушении очередного соития с владыкой.

Когда Фредерик насытился, я надеялась, что он отправиться отдыхать. Но вместо это он накрыл мою ладонь своей, и соединил свои пальцы с моими. Его наполнившийся желанием взгляд сообщил мне, что так просто я не отделаюсь. И уже через несколько минут мы оказались в спальне, на той самой постели, где я провела столько ночей с другим мужчиной.

— Я так соскучился, — прошептал он, нависая надо мной, словно скала. Его поцелуи и ласки до сих пор казались мне неуклюжими и слишком простыми, он не возбуждал меня и не вызывал ответного желания заняться с ним любовью.

Было заметно, что он вымотан, и не так уж и жаждет обладать сейчас мной. Но, наверное, он во что бы то ни стало решил сейчас исполнить свой супружеский долг, а я ему в том не препятствовала. Стащив с себя, а потом и с меня одежду, Фредерик вернулся к начатому, и мы быстро сделали это. Он громко сопел мне на ухо, постепенно увеличивая скорость, а я просто ждала, когда это подобие любовного акта завершиться.