Книга Не мечтай о нас, страница 137 – Кристина Рэйн

— Это что, фильм ужасов? – удивленно спрашиваю я, когда уже на первых секундах серии разворачивается сцена кровавой резни. Я не люблю смотреть триллеры и хорроры, но, возможно, это именно то, что нужно мне сегодня вечером, чтобы отвлечься на несколько часов. Завтра продолжится обычное учебное безумие с той лишь разницей, что теперь каждый человек в аудитории видел секс-видео со мной и знает, что я девственница.

Что может быть лучше, чем знать, что все в кампусе видели твое лицо во время первого раза – когда ты была с мужчиной?

Дерьмо, как я могу сосредоточиться на сериале в таком состоянии?

Не успевают начаться вступительные титры, как раздается стук в дверь.

Я удивленно смотрю на Блейк:

— Ты пригласила кого-то еще?

Она отрицательно качает головой. Я нервно поднимаюсь с кровати и ставлю видео на паузу. Стук в дверь в это время суток не предвещает ничего хорошего. Джин точно не отважился бы прийти в женское общежитие после десяти вечера.

Я проклинаю отсутствие в двери глазка и предусмотрительно приоткрываю ее всего на пару сантиметров.

— Эй, Трабл, впустишь меня?

Опешив, я несколько секунд смотрю в темно-синие остекленевшие глаза Айзека. Я понимаю, что он не в себе, и почему-то мне больно видеть его таким.

Ты не имеешь никакого отношения к тому, употребляет ли он. Он затягивался каждую свободную секунду еще до того, как вы познакомились.

— Чего тебе нужно? – спрашиваю я, не открывая двери.

— Кто там? – интересуется Блейк.

Я игнорирую ее слова и жду ответа Айзека.

— Что вы делаете? У вас киновечер? – Он заглядывает через щель в темную комнату позади меня. – Или пижамная вечеринка?

— Мы уже собираемся спать, – отвечаю я, борясь с учащенным сердцебиением. Видеть Айзека здесь, на пороге нашей комнаты, сводит на нет все мои попытки выбросить его из головы.

— Это Айзек Хантер? – с явным неудовольствием спрашивает Блейк.

— Не думаю, что она входит в клуб твоих фанаток, – шепчу ему я и почти таю от кривой ухмылки, которой он меня одаривает. – Если серьезно, что ты хотел? – спрашиваю я почти умоляюще.

Появиться ночью у моей двери равносильно самой жестокой пытке, несмотря на то что они с Сайласом окончательно сбили меня с толку. Эти чертовски горячие игры между нами – или чем бы то ни было – перестали быть горячими с тех пор, как я узнала, что за ними стоит. Сайлас обращается со мной как с дерьмом не потому, что хочет продемонстрировать свою власть, и не потому, что видит во мне соперницу, а потому, что я напоминаю ему о потере брата. В которой, по его мнению, виноват мой отец.

Айзек налегает на дверь, и, поскольку он сильнее меня, ему без труда удается ее открыть. Он ищет меня взглядом.

— Веснушка, в моей семье много телепатов. И хотя я не унаследовал мамин талант, все равно могу почувствовать, как у тебя дела. Мне самому сейчас… не лучше. Могу я просто… остаться здесь на некоторое время?

Он переводит взгляд с меня на Блейк. Понятия не имею, что за знак она ему подает, но Айзек заходит в комнату так, будто кто-то из нас его пригласил. Я сглатываю ком в горле и закрываю дверь.

Если Айзек не притворяется и ему действительно плохо, то я – последний человек, который бросил бы его на произвол судьбы. Он не стесняется показаться уязвимым, и это растапливает мое сердце. Блейк же или верит ему, или считает, что присутствие Айзека каким-то образом пойдет мне на пользу, а потому его не прогоняет.