Книга Не мечтай о нас, страница 131 – Кристина Рэйн

Сайлас держится за нос, из которого льется кровь. Его глаза полыхают огнем, черным, словно смоль. Он опускает руку и собирается снова подойти ко мне, как вдруг перед Сайласом возникает копна светлых волос и сбивает парня с ног. Мне приходится несколько раз моргнуть, прежде чем я узнаю Айзека, который борется со Стоуном на полу. Он бьет Сайласа в висок с такой силой, что на мгновение веки телекинетика смыкаются.

— Айзек! Что ты делаешь? – кричу я. Не знаю, на кого направлен мой страх. Я беспокоюсь за Айзека? За себя? Сайласа?

— Проваливай, Хэйден. Уходи. Беги. Убирайся отсюда! – приказывает он, стоя на коленях над телом Сайласа. – Я прослежу, чтобы он не пришел за тобой. Запри комнату. Закрой все окна. Никому не открывай дверь сегодня ночью, поняла? А теперь вперед!

Я поспешно нагибаюсь за нижним бельем, висящим между лодыжками, и возвращаю его на место. Колени кажутся мягкими, словно желе, но ноги все же меня слушаются, хотя остальное тело никак не может понять, что происходит. В ушах звенит, когда я, спотыкаясь, бегу к двери. Часть меня хочет остаться здесь, оттащить Айзека от Сайласа и попытаться спокойно во всем разобраться, но я понимаю, насколько это нелепо. Кипящий гнев Сайласа никогда не будет похоронен под мирным флагом. Сегодня он ясно дал это понять.

Когда я, пошатываясь, выхожу наружу и холодный ночной воздух касается моих горячих, мокрых от слез щек, я постепенно начинаю осознавать произошедшее. Сайлас хотел взять меня из ненависти, лишить девственности, хотя я четко кричала «нет».

Его это не волновало.

Его возбуждало мое сопротивление.

То, что я этого не хотела, его только подстеги-вало.

Я медленно прохожу еще несколько метров, пока не добираюсь до леса, а затем хватаюсь за одно из деревьев. Я прислоняюсь к стволу, наклоняюсь вперед, и меня рвет в кусты. Все, что я проглотила за последний час, выходит наружу вместе с желудочной кислотой.

Черт, у него почти получилось. Сайлас Стоун чуть меня не изнасиловал.

* * *

За последние несколько дней в Найтстоуне я заметила, что в пять часов утра в душевых нет ни души. Особенно в выходные. В старших классах я почти каждый день тренировалась перед уроками, поэтому привыкла вставать рано. Хотя этой ночью я и без того едва смогла сомкнуть глаза.

Я позволяю холодной воде струиться по обнаженному телу и смотрю на выложенную белой плиткой стену. Перед моим мысленным взором снова и снова возникают картины сегодняшней ночи, но я чувствую себя сторонним наблюдателем, будто смотрю кино. Мое тело – пустая, полая оболочка, лишенная эмоций. Но не лишенная боли. Мои запястья все еще болят от кандалов лордов, затылок пульсирует, а ободранные колени горят.

Могло быть хуже.

Мне следовало прислушаться к Блейк и проигнорировать приглашение. Тот, кто подсунул его мне, наверняка сделал это не из дружеских побуждений. Хорошо, что у Джина все в порядке. Он написал мне примерно в полночь, чтобы узнать, как я, – нужно будет ответить ему сразу после душа. Даже если я не знаю, что сказать.

Мои мысли возвращаются к Айзеку и Сайласу. К их драке на полу. Крови на лице Сайласа после того, как я, возможно, сломала ему нос. К неподдельной ненависти в его глазах.

И к тому, что мне иррациональным, болезненным образом понравилось ощущать его на своей голой заднице. Хотя бы на несколько ударов сердца.