Книга Дом Вечности, страница 127 – Мара Вульф

Я подумываю взять пару книг с собой, но быстро отмахиваюсь от этой мысли. Интересно, находит ли еще Аттикус время для чтения? Есть ли в Инфинити такая же прекрасная библиотека? Читал ли он вслух какой-то другой девушке? Нет, нельзя думать об этом. Мы с ним расстались. Что бы он там ни делал, это не мое дело. Ревность – пустая трата времени.

Я продолжаю прогуливаться по залу, как вдруг слышу знакомый голос:

— Ты что-нибудь узнал? – спрашивает Серена кого-то. – Все продвигается слишком медленно. Ситуация гораздо хуже, чем мы думали.

Я замираю.

— Думаю, отец не посвящает ее в свои планы, – отвечает Аттикус так тихо, что я едва его понимаю.

Что они здесь делают? Я должна показаться, дать понять, что услышала их. Подслушивать неправильно. С другой стороны…

— Если она узнает правду, это ее уничтожит, – добавляет он.

Они стоят прямо за стеллажом, разделяющим нас. Стоит ему протянуть руку за книгой, как он тут же меня заметит.

— Ты хоть спросил ее об этом? Ты же спал с ней. – Голос Серены срывается от злости.

Мои щеки вспыхивают. Откуда она знает?

— Это касается только нас двоих. Не хочу причинять ей боль.

Резкий смешок прорезает наступившую тишину.

— Аттикус, речь не о твоих или ее чувствах. Не забывай об этом! Речь идет о нашем выживании. – В ее голосе звучит жесткость, какой я никогда раньше не слышала. Как будто она отдает ему приказ. Но такого просто быть не может!

Аттикус ей не отвечает. Я осторожно снимаю книгу с полки и вижу, что они стоят спиной ко мне. Полка находится в самом конце ряда и упирается в окно. К счастью, эта парочка смотрит в него.

— Гарет знает, что случилось прошлой ночью? Ты был у него? – спрашивает Серена.

— Утром.

Я вцепляюсь пальцами в полку: так вот почему я проснулась одна! Если раньше я еще сомневалась в словах отца, то теперь все сомнения развеиваются.

— Нам нужно найти вход, – говорит Серена.

Какой вход? Тот самый, который нужен повстанцам, чтобы уничтожить архив? Как бы мне хотелось, чтобы они стояли у окна, а не у полок. Я оглядываюсь, но в библиотеке больше никого нет. Видимо, они были уверены, что их здесь никто не потревожит.

Серена тяжело вздыхает:

— Мы должны захватить этот проклятый мир и покончить с Приамосом.

Гнев вскипает внутри меня. Да кто она такая, чтобы так говорить? Я бы предпочла опрокинуть на них стеллаж, но он намертво прикреплен к полу. Теперь я не испытываю никаких угрызений совести из-за того, что подслушиваю их.

— Надо было прибыть сюда раньше, – продолжает Серена. – Я говорила с одним из часовщиков. Он показал мне план помещения. Этот архив просто огромен. В хронотрубах хранится бесконечно много времени. Неудивительно, что люди здесь так страдают.

Будто мы жируем за их счет! Мы каждый день практически сражаемся за собственное выживание. Я смотрю на свои линии времени, светящиеся бледно-красным. Надо бы попросить у Никоса еще немного времени. Во время экзаменов нам, собирателям, разрешено брать время из архива, чтобы полностью сосредоточиться на задании.

— Мы не могли знать, что Приамос в самом деле реализует этот безумный план, – говорит Аттикус.

Серена кивает:

— Эйвери, кажется, слепо доверяет ему. Она не имеет ни малейшего представления о том, что происходит за ее спиной.

Жар растекается у меня по щекам. Как я вообще могла к ней тепло и уважительно относиться? Неужели ее помощь на тренировках была лишь притворством? Я пытаюсь вспомнить все, что знаю о ней. Она служила с Аттикусом в Бакте, когда он спас ее. Но откуда она родом? Говорит она так, будто была кайросианкой. Должно быть, шпионка. Но когда он успел перевезти ее в Этернити и почему никто не заметил, что она появилась буквально из ниоткуда?