Книга Интерн Василиса, страница 88 – Эвелина Волконская

— Спасибо… это… здесь очень необычно, — растерянно ответила Василиса.

— Привыкайте.

Аркадий Львович жестом пригласил следовать за ним. Василиса по пути засматривалась на витрины с древними рукописями, вышитыми полотнами, сверкающими амулетами, пергаменты с руническими письменами.

— Наша Академия — не просто учебное заведение. Это центр знаний, исследований и практики. Здесь мы соединяем магические традиции с современной наукой. И это только малая часть того, что вы увидите.

На этаже, словно в улье, студенты и преподаватели перемещались по своим делам: в открытых кабинетах Василиса видела, как кто-то обсуждал что-то перед большой интерактивной доской, кто-то склонился над микроскопом, а кое-кто чертил магические символы прямо на стеклянном полу.

— Потомки здесь изучают магию через практику и исследования. Теория важна, но без применения знаний — это лишь красивые слова в старых книгах. — пояснил Аркадий Львович, подойдя к двери с табличкой «Зал Истоков». — Сюда приходят люди всех возрастов, чтобы углубить знания, освоить Дар или изучить магическое наследие предков.

Они вошли в Зал Истоков. Пространство больше напоминало музей: стеклянные витрины, в которых покоились древние обереги, венки из сухих трав, пергаменты с руническими письменами. Где-то вдали, за ширмой из полупрозрачной ткани, кто-то вёл тихую беседу.

— Некоторые приходят сюда по вечерам, после основной работы. Кто-то берёт академический отпуск, чтобы погрузиться в учёбу.

Молодая женщина в медицинском халате сидела за столом и что-то записывала в блокнот, перед ней на подставке лежал старинный амулет. Рядом стоял мужчина лет шестидесяти и бормотал под нос, пока над его ладонью витал маленький светящийся шар.

— Магия Потомков — это не всегда феерические заклинания и дуэли, — продолжил Аркадий Львович. — Это ремесло, терпение и наука. Мы не пытаемся превратить вас в волшебников из сказки. Мы учим Потомков понимать себя и окружающий мир через вашу силу.

Они остановились у витрины с большим венком из засушенных цветов. Василиса не сразу поняла, что заворожённо смотрит на него. Цветы были давно мертвы, но казались живыми, а в центре венка был вплетён тускло сверкающий камень.

— Это… — начала Василиса.

— Это венок Марии Степановны Волковой. Великая мастер-травница и одна из лучших плетельщиц своего времени.

Сердце Василисы ёкнуло.

— Волковой?

— Да. Слышали про неё?

Она кивнула, не в силах оторвать взгляда от венка.

Аркадий Львович двинулся дальше, а Василиса ещё несколько секунд стояла перед венком, ощущая, как странное чувство щекочет её кожу.

Коридоры Академии были одновременно современными и... старыми. Василиса не могла подобрать подходящее слово. Ламповые светильники, установленные вдоль стен, мягко светили, а под ногами простирались деревянные панели, покрытые искусными узорами. Вдоль стен висели голографические экраны, на которых то появлялись расписания, то менялись изображения — старинные символы, тексты на древнеславянском и современные уведомления вроде: «Лекция по травничеству начнётся через 10 минут в зале Перуна».

— Академия кажется огромной, и, возможно, немного запутанной, — произнёс Аркадий Львович, идя чуть впереди. — Но у нас есть система, которая помогает каждому студенту ориентироваться.