Онлайн книга «Интерн Василиса»
|
Воронцов и судья Жевайло завели длинный нудный спор, изобилующий юридическими терминами. Быть предметом торга — не самое приятное чувство. Но когда на кону жизнь, можно потерпеть. Крысы, как ни странно, и не думали разбегаться. Оказалось, что за пределами шатра их еще больше, всех зевак зал заседания просто не мог вместить. Крысы с не меньшим интересом наблюдали за перепалкой Воронцова и Жевайло, шушукались, прибежал виденный ранее отряд воеводы и… Марк! По крысиному лицу сложно понять эмоции, но почему-то показалось, что наследник престола явно рад такому повороту событий. Или Василисе хотелось в это верить. — …не вам говорить о произволе, господин Жевайло, — нахмурился Воронцов. — Я уже молчу о том, сколько ошибок — само собой, случайных, не умышленных — было допущено в ходе процесса. И если не ошибаюсь, наследник Марк, выбрав путь обычного почтового трудяги, сложил — пусть и на время — с себя чин и титул. А значит, никакого покушения на царскую особу не было. — И что вы предлагаете? Факт нападения, надеюсь, вы не собираетесь оспаривать? — Ну что вы, нет. Легкий, не повлекший последствий вред здоровью. Мне кажется, можно обойтись штрафом в пользу королевства, — Воронцов хлопнул по карману, где звякнуло. — Суд принимает предложение, — важно сказал Жевайло. — Но штраф — полумеры. Еще нужны будут искрение извинения. Воронцов посмотрел на Василису. Сейчас его вполне симпатичное лицо из-за огромных пропорций казалось отталкивающим, неприятным. Василиса горячо подтвердила, что раскаивается и готова извинятся. — От этой… Василисы, — продолжил судья. — И от оруди… кошки! Найдите переводчика, куда он убежал? Чимчегрыз громко выдохнул, Воронцов со скучающим видом начал осматриваться. — Ну, могло быть хуже, — сказал Чимчегрыз. — Не горюй, ничего не поделать. — В каком смысле? Я извинюсь и… или у вас какой-то особый ритуал для этого? Унизительный и мерзкий?! — ужаснулась Василиса. — Я про кошку твою. Сама не можешь сообразить? От нее тоже ждут извинений. А кто их будет «переводить», а? И, главное, как? Гато постарается. Чебурек… тьфу, Беляш твой так извинится, что наговорит на смертную казнь, будь уверена! — Но это же… как же… — Смирись. Нужно было думать, приглашая домой почтовую крысу. Распорядители навели кое-какой порядок, пришел Гато. Он заискивающе косился на людей, улыбался, кланялся. — Господин судья! Я рад снова принести пользу! Хочу отметить, что сегодняшний день — самый счастливый в жизни! Никогда бы не подумал, что мой недостаток, моя ошибочная физическая форма послужит благу королевства! В душе — я кры… — Господин Гато! Все уже устали слушать, какая вы в душе крыса! Это не групповой сеанс раскаяния! Просто! Сделайте! Свою! Работу! — рявкнул судья. Гато растерялся, захлопал глазами. Опомнился и закрыл рот. Уши его опали, усы повисли. Он жалко улыбнулся, подошел к клетке с Беляшом. Ткнул по прутьям, и кошка заурчала, зашипела. Василисе хотелось кричать, драться, орать и реветь одновременно. Ну почему все так ужасно?! Неужели ее питомица сгинет в крысиных застенках?! — Она… — Гато сглотнул. — Она говорит… — Ну?! — судья навис над столом, прокурор довольно потер руки. — Чего вы телитесь?! — Она приносит глубочайшие извинения и раскаивается. В который раз за день повисла гробовая тишина. |