Книга Виктория - значит Победа. Серебряной горы хозяйка, страница 154 – Салма Кальк

И тут нам доложили о приходе гостей.

Первым явился господин Курби — молодой человек в неплохо сидящем тёмно-синем костюме и хорошо уложенном парике.

— Я очень рад знакомству, госпожа де ла Шуэтт, — он изящно поклонился.

На светских мероприятиях я этого человека не встречала, но он, наверное, не принадлежит к дворянскому роду, вот его и не приглашают. Или не слишком хорошо знают, вот и не приглашают. Или, наоборот, знают их семью слишком хорошо… Но у людей этого круга должны быть свои подобные встречи, я думаю. Может быть, не так часто, работать же нужно, но куда без социальной жизни? Или же он весь в делах и заботах, и не ходит, даже если зовут. Если предприятие требует постоянного присмотра и внимания, например.

— Я тоже рада знакомству. Прошу вас в кабинет, желаете арро?

— Благодарю, желаю, — заулыбался он.

В кабинете господин Курби не успел усесться на предложенный ему стул — так сразу и впился в меня глазами. Словно ощупал всю — ну да, сегодня я в новом полосатом платье, вполне так по моде, только рюшечки ободрали за ненадобностью. Модная блондинка, да? Ресницами ещё похлопать. И просто так, и из-за чашки с арро. И вот уже господин Пьер Курби улыбается, глядит помягче, и вообще — то на меня, то в чашку.

Господин Фабиан смотрел на всё это и тихонечко усмехался.

— Скажите, госпожа де ла Шуэтт, что заставило вас взяться за дела покойного супруга? — спросил тем временем Курби.

— А разве это не естественно? Мне досталось некое дело, нужно, чтобы оно по-прежнему приносило доход, — пожала я плечами.

Ну вот, снова здорово, думала я, когда объявили о приходе ещё одного участника содержательной беседы — господина Луи Брассье. Он оказался седовлас, никаких париков не носил, но выглядел весьма солидно — и пуговицы серебряные, и вышивка искусная на тёмном сукне отличного качества, и на шляпе не только лента, но и украшеньице какое-то с камнем, камень сверкнул в лучах солнца из окошка.

— Здравствуйте, господин Брассье, прошу вас, проходите, — и показала ему на незанятый стул возле стола. — Сейчас вам подадут арро, и мы побеседуем.

— Здравствуйте, госпожа де ла Шуэтт, — коротко кивнул тот, сел и принял из рук слуги чашку с блюдцем.

Если молодой Курби всячески блистал воспитанием — отставлял мизинец и что там ещё тут положено делать, то Брассье сделал из чашки хороший глоток, опустошив её почти всю, и поставил на стол.

— Расскажите, госпожа, чего вам спокойно не сидится, — сказал он, сощурившись.

А я наоборот — улыбаюсь себе безмятежно.

— Вы о чём, господин Брассье?

— О том, что негоже женщине лезть в коммерцию, — отрезал он. — Или вы не доверяете Фабиану? Ну так напрасно.

— Как раз наоборот — доверяю, — продолжаю улыбаться. — Скажите, что вас не устраивает?

— Да Гаспар уже, наверное, сто раз в гробу перевернулся, он и не думал, что… — тут почтенный муж запнулся, что называется, на ровном месте.

— Раз начали — договаривайте, — сказала я ему. — Все свои, да?

Но он только вздохнул, впрочем, не сводя с меня глаз.

— Госпожа де ла Шуэтт, господин Брассье не понимает, как теперь с вами конкурировать, — хихикнул из-за чашки Курби.

— А что изменилось? — поинтересовалась я у него. — Господину Брассье будет неловко уводить у меня клиентов? А вам — отправлять поджигателей на мои склады? Не верю, простите. И что же, вы думаете, что вам было бы проще договариваться с госпожой Клион, которая весьма желала этого наследства? Или с её сыном?