Книга Драконье золото, страница 48 – Марина Эльденберт

— Кажется, я нашла! — заставил меня подпрыгнуть.

Мы со Стеллой одновременно поднялись и склонились над столом по обе стороны от Электры. Свиток, который изучала драконесса, был невероятно старым, если не сказать — древним. Он едва не рассыпался в руках, настолько выглядел тонким и хрупким. Помимо аккуратных витиеватых иероглифов на нем были изображены семь восточных драконов с длинными гибкими телами, которые словно соединились воедино и сгорали в огне. Черно-белый рисунок был выполнен с такой детализированной точностью, что я ярко представила драконов в агонии и поежилась.

— Тут написано, что это древнее и запрещенное нимайское проклятие.

— А у них есть еще и незапрещенные? — нервно хихикнул Стелла.

— Изобрел и впервые применил проклятие маг древности Ли Ён. Оно связало всех императорских сыновей и дочерей по крови. Так как драконы путешествовали по всему Нимаю, то они сгорели. Император остался без наследников, и это очень ослабило его позиции. Ли Ёна схватили и казнили на месте, а на проклятие или его изучение наложили строжайший запрет. Других случаев его использования Нимай не знает.

— Зато Райсвания теперь знает, — вздохнула я. — Лучше бы сразу уничтожили, зачем такое хранить?

— Думаешь, это единственный источник, из которого можно было узнать о проклятии? — внимательно посмотрела на меня Стелла.

— Свиток точно уникальный, — ответила вместо меня Электра. — Но не забываем, что у нимайского императора осталась копия.

— Значит, проклятие для Верресов взяли из этого источника, — Стелла постучала ногтем по свитку. — Хм.

— Там написано, как его снять? — спросила я у драконессы.

Электра вернулась к чтению и через минуту радостно подпрыгнула на стуле.

— Вообще-то тут пишут, что проклятие невозможно снять, потому что не успеешь, проклятые сразу погибают. Верресы — нонсенс. То ли ошибка, то ли парадокс. Но-о-о! Теоретически это возможно, если «расплести проклятие» в нужном порядке.

— Магия в артефакты вплетается в нужной комбинации, — выдохнула я. В артефакторике, в отличие от намийского и изобретения проклятий, я была как рыба в воде. — Ценен не сам артефакт, а схема его создания. Проклятие можно разобрать как артефакт?

— Только в нужном порядке, — закивала Электра, — иначе…

Она демонстративно провела ребром ладони на уровне своей шеи.

— Что невозможно, — мои плечи поникли, — потому что мы не знаем, в каком порядке проклятие создавалось.

— Но мы можем найти того, кто его создал.

Теперь мы с Электрой одновременно посмотрели на Стеллу. Я ошарашено, драконесса — скептически.

— И попросим его рассказать нам подробности проклятия? — хмыкнула Электра. — Так просто?

— Просто это точно не будет, — не обиделась на сарказм подруга. — Но если мы выясним, кто это сделал, и сдадим его ректору, он в свою очередь все из него вытрясет.

Мне пришлось с этим согласиться, потому что Адарен вытрясет все что угодно из кого угодно.

— Как нам это сделать? — задала я насущный вопрос. — Как мы узнаем, кто видел свиток?

Стелла повернулась к драконессе:

— Электра, кому еще твой дед показывал эти свитки?

— Никому! — замотала головой драконесса. — Я об этом говорила. Он над ними так трясется, что его бы хватил удар, узнай он, что я показала их вам!

— Значит, нам надо составить список тех, кто за эти годы в Арминбурге получал документы для путешествия в Нимай. Это должны быть аристократы.