Книга Каменная кровь, страница 99 – Мия Флор

— Довольно! – останавливает ее Николай.

— Александр был моим! Ты отняла его у меня. Я убью тебя! Ненавижу! – кричит мне Даларас.

— Я сказал, хватит! – майор встает на ноги, поняв, что ситуация выходит из-под контроля.

Я пытаюсь вывернуться и выскользнуть. Безуспешно. Лейтенант превосходит меня в силе и в бою.

Однако она все же слышит Николая. Сапфирница разъяренно бьет кулаком рядом с моей головой, сбивая костяшки в кровь.

Обессиленная, она падает грудью на меня, будто обнимая, и взрывается плачем прямо над моим ухом.

Так рыдают те, кто слишком долго сдерживал себя.

Я опускаю свою ладонь на подрагивающую от всхлипываний спину лейтенанта.

— Мне очень жаль. – Хриплю я.

Теперь я чувствую, как горячие слезы стекают уже по моему лицу. Возможно, я была слишком коварна, усиливая и добавляя и без того болезненную горечь в ее сердце. В этот момент мне кажется, что наши страдания переплелись в один тугой узел. Я причинила ей боль, которой никому бы не пожелала. Которая, возможно, мучительнее самой смерти. Которая толкает на безумие.

Боль утраты.

Я не знала, что это повлияет на нее именно так.

Николай смотрит на нас обеих, плачущих по его брату и обнимающихся.

Его лицо застыло в растерянности.

Он склоняется над Даларас, заботливо проводит по ее плечу ладонью, похлопывая и успокаивая.

— Вира, вставай. – его тон глубок и осторожен. Он мил с ней, как никогда не был со мной и это вызывает неприятный укол ревности в груди.

Даларас приподнимается надо мной, ее глаза опухли от слез.

Опираясь на предложенную Аркасом руку, она встает, и сразу же утыкается носом в его плечо. Николай медленно поправляет ее сбившиеся волосы. Его взгляд направлен в сторону, он даже не смотрит на меня.

Зависть. Она заполняет мою грудь, сжимая ее и терзая.

Это были мои чувства. Он успокаивает ее за мои чувства. Как он с ней нежен…

Отворачиваюсь в сторону, чтобы не видеть это все. На плечи падает накопленная усталость и понимание, что меня, потерявшую всю свою семью и ощущающую вину перед Александром, никто не утешит. Это осознание тащит за собой тягучую, как болото, безнадежность.

— Жди меня внизу. Мы возвращаемся в лагерь. – говорит он лейтенанту, и меня окатывает неприятным предчувствием.

Когда дверь за Даларас закрывается, Николай становится другим человеком.

— Что ты делаешь?! – он в ярости и его хриплый голос сочится ненавистью. Чистой и болезненной, как удар острого клинка.

— То, что ты мне сказал! – звонко срывается с моих губ, а в душе становится гадко. Я никому не пожелала бы чувствовать то, что заставила чувствовать Даларас.

Я впервые делаю шаг к нему, чтобы погрязнуть в бездонных черных глазах. Бесполезная попытка найти в них хоть каплю сострадания, того, что он только что дал ей.

— Отвечаю на атаку. Применяю силы. Делюсь СВОИМИ чувствами, майор Аркас. – я выплевываю слова, как будто это поможет достучаться до каменного сердца этого человека.

Но со мной он остается непоколебим.

Его зрачки нервно двигаются, скользя по моим глазам, губам, щекам.

— Она еще не отошла от потери Александра. – говорит он сдавленно, словно пытаясь сдержать волну ярости. – Ты надавила на открытую рану.

Какой же он заботливый. Теперь, под его осуждающим и прожигающим взглядом, я ощущаю себя полнейшим дерьмом. Как будто я только что вырезала сердце маленькому ребенку.